— Ирэн очень любит тёмные побрякушки, они её успокаивают, — автоматически ответил Рома, а потом посмотрел на Женю с подозрением. — Ты же мою лошадь имела в виду?
— Конечно, а вы что подумали? — и она, мило улыбнувшись, отвернулась от него.
К тому времени, когда Ромка подошёл к Рокотову, вернулся Липняев, чтобы сменить своего командира.
— Ты всех запугал одним своим видом, — улыбнулся Фёдор, вставая на своё место и обращаясь к Ване.
— Ты знал, что на Орлову накладывается искажение перстня Эдуарда Лазарева? — Рокотов мельком глянул на Романа, и, убедившись, что кроме исполняющего обязанности начальника СБ никого поблизости не наблюдается, решил повоспитывать своего подчинённого.
— Я вообще не понимаю, как она его носит, — ответил Липняев. — Там же такой фон стоит, закачаешься. Сразу начинаешь о вечном задумываться. Когда его в первый раз увидел, чуть со стула не свалился, — признался капитан.
— Федя, я не спрашивал о твоих ощущениях, — ласково прервал его Рокотов. — Я спросил, знаешь ли ты об этом?
— Знаю, — на этот раз Липняев ограничился коротким ответом.
— Тогда, может быть, ты объяснишь своему неразумному командиру, почему ты сразу не внёс изменение характеристик Орловой в базу? Ты что, не понимаешь, что это кольцо можно снять только с её трупа? — он так рявкнул, что Ромке самому захотелось вытянуться по стойке смирно и начать оправдываться.
— Виноват, исправлюсь, больше такого не повторится, — отрапортовал Липняев, преданно глядя Ване в глаза.
Рокотов с полминуты смотрел на Фёдора, потом словно неохотно спросил:
— Чем интересовались?
— В основном зарубежкой, — теперь они смотрели друг на друга понимающе. — Я-то в основном по Африке специализируюсь, да по морским операциям. Проверяющей это было не интересно. А вот за Андрея она взялась конкретно, как бы спасать Боброва не пришлось.
— Андрея есть кому спасать, — ответил Ваня и усмехнулся. — Я исправил параметры Орловой. Занеси в протокол и больше так не косячь.
— Есть больше не косячить, — Липняев на секунду вытянулся перед ним, и практически сразу начал устраиваться на месте, доставая объёмный журнал.
— А почему эти таинственные проверяющие не дождались меня и сразу с порога начали кого-то проверять? — хмуро спросил Роман, не надеясь получить ответ и настраивая себя на долгий телефонный разговор с премьер-министром, нередко переходящий на личности.
— Они действуют автономно и не обязаны докладываться, — ответил ему Липняев, после этого кивнул на идентификатор. — Роман Георгиевич, прошу. Раз вы почтили нас своим вниманием, то будьте так любезны пройти идентификацию по всем правилам.
— Пока Дима с ума сходит от скуки на карантине, — менторским тоном заявил Рома, проходя под аркой, поежившись, когда по нему пробежали сотни невидимых взглядом лучей, считывающих многие параметры, — я могу воспользоваться своим положением и применить ко всем вам дисциплинарные воздействия.
— Ого, господин начальник мне угрожает? — Липняев откровенно веселился. — Ваня, посмотри на него, он мне угрожает.
— И правильно делает, а то распоясались совсем, — сухо прокомментировал Рокотов и направился с поста куда-то вглубь СБ.
Роман расписался, усилив подпись даром, чтобы создался слепок его личности, и направился к своему кабинету. В то время, когда он замещал Диму, ему ни разу в голову не пришло воспользоваться кабинетом Наумова. В приёмной царила весьма напряжённая атмосфера. Ольга с Полянским злобно смотрели друг на друга, не обращая внимания на разрывающиеся от звонков телефоны.
— Если вы оба не начнёте работать, то я приму меры, — негромко произнёс Рома, подходя к двери своего кабинета. — Например, я сфотографирую все искры, которые между вами пролетают, и отошлю фото Лизе.
Полянский вздрогнул, услышав, что говорит Гаранин, и сразу же схватил трубку.
— Приёмная Романа Гаранина, слушаю вас, — быстро проговорил он, приготовившись записывать. Рома удовлетворительно кивнул и повернулся к Ольге.
— Жаль, тебя мне пугать нечем, вряд ли Эдуард будет ревновать… хоть к кому, — добавил он, немного помолчав и прикинув шансы окружающих Ольгу мужчин, сравнивая их с Великим Князем. — Зато мне может очень скоро надоесть, что я не получаю нормального расписания, и я тебя просто уволю.
— А почему меня, а не его? — вскинулась Ольга.
— Потому что тебя мне нечем пугать, в отличие от него, — пожал плечами Рома и вошёл в кабинет, хлопнув дверью чуть громче обычного.