— Рома, ты же понимаешь, что не можешь отказаться от магически заверенного контракта, после оплаты счёта и признания твоей подписи подлинной? — осторожно поинтересовался Андрей, передавая мне лист.
— Да, я всё понимаю. Только я не понимаю одного, почему этот недоумок ничего не предпринял? — как-то недоумевающе посмотрел на него Гаранин.
— Ну почему же не предпринял, — протянул Ваня. — Он побежал составлять контракт в три часа ночи и сделал практически невозможное, подняв из постели для этой цели стольких разумных, включая главного управляющего банка, чтобы тот поставил на контракте свою подпись, подтверждая факт оплаты. Правда, поднял он не тех, кого действительно следовало поднять, но это уже детали. Талант, что сказать.
— И поэтому я хочу с ним поговорить…
— Да, мы тоже, — похлопал его Ваня по плечу и вышел из допросной в сопровождении Андрея раньше, чем Ромка смог что-то возразить.
Я прочитал то, что было написано несколько раз. Ничего нового не узнал, только условия невыполнения договора: смерть обозначенного лица, именуемого главой Гильдии. То же ждало Ромку, если контракт закрывал кто-то другой. Да даже если цель умирала от инфаркта или от нападения бандитов — итог был один — смерть Гаранина. Срок исполнения — один месяц с момента подписания контракта, то есть для выполнения у Ромы осталось не больше трёх недель. Ну, в принципе, чтобы решить проблему, времени было более чем достаточно.
— Ну что же, приказать Прохорову тихонько удавить этого типа не получится, так же, как и не стоит просить об этом маленьком одолжении Лиса. И даже если я разрешу развлечься Эду, это только отсрочит твою кончину, — пробормотал я. — Ты просчитывал варианты? — тихо спросил я у Ромки, отдавая ему контракт.
— Да, и решил передать это Егору, как лучшему специалисту в этой области, а то там всё как-то не очень у меня выходит, — потёр Ромка переносицу. — Всё очень непросто, нужно подождать реальных выводов и решить, что будет выгоднее нам и лучше для страны. Если правильнее будет не вмешиваться, то так оно и будет. Это не обычное дело. Если я не справлюсь, если меня поймают, и ещё много «если», то это будет не просто дело Гильдии, оно приобретёт окраску международного скандала, ведь доказать, что заказчик представляет не Россию, невозможно. А то, что я офицер СБ, только усугубляет ситуацию. И только боги знают, чем это всё закончится.
— Я слышал, что вы оба пришли в СБ, но так и не поднялись в свои кабинеты, поэтому решил поинтересоваться, где вы застряли, — в комнату наблюдения зашёл Эдуард, лишь мельком бросая взгляд за стекло в допросную, куда уже вошли Ваня и Андрей и оттеснили Ожогина к дальней стене, чтобы не мешал.
— А вот и ты, а ну, пойдёмте, оба, — я схватил за локоть начавшего упираться Гаранина и вытолкнул обоих в коридор. — Они справятся сами, а потом сухо изложат всё в отчёте, нечего себе нервы трепать, — открыв дверь соседней допросной, я втолкнул туда ничего не понимающего Эдуарда. — Тебе особое приглашение нужно? — поинтересовался я у растерявшегося Гаранина.
— Я сам, — поднял он руки и зашёл в небольшое помещение, где недавно меня допрашивали мои же собственные сотрудники после попойки в квартире у Демидова.
— Раздевайся, — бросил я Ромке, поворачиваясь к Эду, сложив руки на груди.
— Что? — переспросил Гаранин. Он явно растерялся, но зато в себя пришёл. Это, конечно, ситуацию не спасёт, но хоть мыслить будет адекватно.
— Куртку свою с майкой снимай, а ты, — я вновь повернулся к нахмурившемуся Эду, — решил меня за что-то наказать? Наказать Романа? Почувствовать своё превосходство над нами из-за обучения, данного тебе лучшими учителями Императорского двора?
— Дима, я не понимаю, что ты хочешь этим сказать, — мягко проговорил Эдуард, делая шаг назад.
— Когда я тебя спросил прямо: как снять эту дрянь с Ромки и разорвать Ритуал Служения с Гильдией, ты мне очень помог в этом деле, — ровно произнёс я. — Ты мог бы сказать прямо…
— Дима, я ответил чётко на твой вопрос, что знаю, как разорвать связь, что это банальная клятва, и что я не могу её снять, но ты можешь, если начнёшь пользоваться мозгами. Ты тогда, перед тем как отрубиться, оставив меня голодать, пробормотал что-то, что сам найдёшь способ, если я не хочу тебе помогать, — невозмутимо ответил брат, практически дословно пересказывая всплывший в памяти диалог. — Но вот в чём нюанс, похоже, я всё же ошибался. Если даже Оракул не смогла её разорвать, когда давала своё благословение, то тебе это вряд ли под силу. Поэтому я не понимаю, какие ко мне могут быть претензии.