— В последнее время Рульф высоко взобрался по политической карьерной лестнице и теперь занимает пост сенатора, — принял эту информационную эстафету Ваня. — Неофициально лучший друг и ближайший советник президента Фландрии. Поэтому добраться до него по понятным причинам практически невозможно, он даже притоны и сортиры посещает вместе с охраной.
— Я так подробно жертв вообще никогда не разбирал, — хмыкнул Ромка, сложив руки на груди. — Но одно вам удалось показать чётко: скорбеть по нему будут, возможно, только пара любовниц, если таковые имеются, и то недолго.
— Хорошо. Артур Гаврилович, есть что добавить? — посмотрел я на своего поверенного, с отрешённым видом смотрящего куда-то мимо себя.
— Да, если не возражаете. Около недели назад Фландрия начала крупную игру, решив нанести пробный удар по нашей экономике и провести оценку наших возможностей. Это касается в большей степени ресурсов и лояльности главных участников рынка, — тщательно подбирая каждое слово, начал Гомельский. — Если коротко, то правительство Фландрии снизило налоги для сторонних инвестиционных фондов зарубежных партнёров с тридцати процентов, которые были и у нас, до пятнадцати, а для крупного бизнеса, расположенного на территории Фландрии, налоговые поборы составляют восемь процентов, имеют льготный период и стопроцентное погашение в виде спонсорской помощи, против наших двадцати процентов.
— И что, кто-то клюнул на эту удочку? — с сомнением покосился я на Гомельского. — Слишком красиво звучит, чтобы быть правдой.
— Таким способом они решили вывести капитал из других стран, в частности из нашей, и временно насытить свой рынок, — ровно произнёс мой поверенный. — Но, как я уже говорил, это просто прощупывание почвы. Все крысы с корабля уже сбежали несколько лет назад, а остальные, если купятся на такие заманчивые условия и переведут капитал, будут в рамках статистической погрешности, не влияющей на развитие экономики. Но, в то же время нельзя отрицать, что это часть чего-то более крупного, потому что противником этой идеи стоит как раз Реттингтон, говоря во всеуслышание о том, что нужно развивать собственный бизнес, а не приглашать со стороны, ввергая экономику Фладндрии в ещё больший коллапс. Именно поэтому я обратил на это внимание, когда речь зашла о нём. Сам я прибыл сюда для решения другой проблемы.
— То есть Рульф идёт в конфронтацию с президентом и текущим кабинетом министров? Это немного противоречит тому, что только что было сказано, — я с задумчивым видом посмотрел на Рульфа, всё ещё украшающего стену зала.
— У меня есть непроверенная информация, пока только на уровне слухов, что в ближайшем будущем Реттингтон сам начнёт продвигать предвыборную кампанию в качестве кандидата в президенты, — невозмутимо произнёс Гомельский. — Но это только слухи.
— Это уже интересно и в корне всё меняет, — пробормотал Егор, начиная составлять новую карту вероятностей.
— Ты проверку своей подписи делал? — оторвавшись от стакана с водой, больше простонал, чем спросил Демидов у Ромки, пока Егор делал новые расчёты.
— Конечно, — фыркнул Гаранин.
— А магический отпечаток?
— В первую очередь, — скривился Гаранин. — Подпись имеет сходство по магическому отпечатку, но с течением времени определить точно не представляется возможным.
— Но это может быть кто-то из твоей родни, например, отец. Сходство, хоть и отдалённое, будет присутствовать, других родственников-магов у тебя нет, — отметил Довлатов, глядя на Ромку.
— В этом и проблема, что магический отпечаток эфирита и обычного мага отличаются. Так что это очередная загадка, ответ на которую я получу, только выйдя на заказчика, — как-то равнодушно ответил Рома.
— Так, есть картина, — спустя десять минут, пока все молча обдумывали то, что удалось узнать, произнёс Егор. — Насчёт Гаранина я точные прогнозы делать не могу, как вам известно, но в отношении общей картины могу дать почти восемьдесят процентов, что в случае успешного выполнения данного заказа, это сыграет нам на руку. Фландрийцы кичатся стабильностью и безопасностью. Если всё устроить публично и с размахом, то ни о какой безопасности ни для кого речи идти не будет. Это, не говоря о том, что Реттингтон будет и дальше ставить палки в колёса действующему президенту, и очень вовремя будет убран из президентской гонки. В общем, это тот винтик, которого так не хватало для начала осуществления нашего основного плана, чтобы дать процент выше пятидесяти на успех при любом стечении обстоятельств, если раскачать фландрийцев и отвлечь их от нас, сместив внимание на внутренние проблемы.