Глава 30
РОКСОЛАНА
Казалось, я выплакала все слезы, что во мне были, но накопившейся боли, видимо, оказалось гораздо больше. Потому что сейчас мне не легче. Наоборот. С каждой минутой становится только хуже. Сил плакать больше не осталось. В голове взрываются тяжелые мысли, уничтожая меня изнутри, впиваясь мелкими осколками в сердце.
Зайдя в ванную, я подхожу к раковине, на автопилоте открываю кран и опускаю руки под проточную воду. Из зеркала на меня смотрит девушка с красными опухшими глазами и рассеченной щекой. Морщусь то ли от ужасающего внешнего вида, то ли от нестерпимой пульсации в висках. Склоняюсь и окатываю лицо холодной водой, которая уже через секунду окрашивается красным.
Заторможенностью движений напоминаю себе зомби. Медленно выхожу на балкон и дрожащими руками тут же опираюсь на перила. Перевожу дыхание, но от представшей передо мной картины сердце болезненно замирает.
На территорию влетает незнакомая машина, раньше у Росси я таких не видела. Противный скрип при резком торможении заставляет меня вздрогнуть, а увиденное окончательно обездвиживает.
Рафаэль вываливается из салона, но практически сразу, хоть и неуверенно, поднимается на ноги. Замечаю в его испачканной уже запекшейся кровью руке полупустую бутылку, по всей видимости, алкоголя. Он запрокидывает голову и, осушив тару до дна, одним взмахом разбивает вдребезги о мозаичную плитку, а после шатающейся походкой направляется в дом.
Хочу побежать к нему, обнять так крепко, чтобы забрать себе его боль, но не могу сделать и шагу. И все же мне приходится побороть свою слабость. Отшатываюсь от перил и бреду прочь с балкона. Даже не замечаю, как спускаюсь на первый этаж, но меня мгновенно приводят в чувство яростные крики, доносящиеся со стороны спортивного зала. Сглотнув, я следую на них, но стоит только переступить порог, конечности словно парализует.
Рафаэль безжалостно избивает боксерскую грушу. Вижу, его эмоции накалены до предела, но даже в таком разбитом состоянии силы не покидают его. Он наносит один мощный удар за другим. А потом их сменяют дикие вопли. У меня в груди все стягивается в тугой узел от ужаса происходящего. Спустя мгновение вместо груши его окровавленные кулаки рассекают воздух, а после он падает на колени и яростно вколачивает их в пол, надрывая горло оглушительным криком.
— Рафаэль… — неуверенно окликаю его и тут же жалею об этом.
Выражение его лица, словно бьет меня наотмашь. Неприкрытая злоба и ненависть. В считанные секунды мое горло оказывается в захвате его мощных рук. Он сдавливает сильнее, едва не отрывая меня от земли, и вбивает в стену. Полностью обездвиживает мое тело, и единственное, на что у меня хватает сил — это уцепиться за запястье с выпирающими от напряжения венами, как за спасательный круг, который в то же время топит меня. Пытаюсь выдавить из себя мольбу, но изо рта вырываются лишь сухие, царапающие горло хрипы.
— Тебе больше нет места в моей жизни! — рявкает он, обдавая лицо горячим дыханием, напитанным запахом алкоголя и табака. Его бешеные глаза переполнены откровенной яростью, и если она вырвется на свободу, то уничтожит все вокруг, и меня в том числе. — Я убил его из-за тебя, понимаешь?! Из-за тебя! — Утробный мужской рык жалит меня, пробираясь в самое сердце, а жесткая ладонь прожигает кожу не хуже паяльной лампы. И чем сильнее выплескивается его злость, тем ярче горит след от его рук.
Вскоре его слова доносятся до моего сознания как будто издалека, а в глазах начинает темнеть. Только вот покинуть реальность мне не позволяет резкий рывок, и в следующий миг я оказываюсь уже лежащей на матах. Судорожно глотаю воздух в попытке насытить легкие кислородом и мягко растираю шею дрожащими пальцами, стараясь унять боль, но лишь делаю себе больнее.
Рафаэль оставил на мне новое клеймо: ярости и ненависти. На этот раз оно сильнее любого предыдущего. Этот мужчина еще никогда не пугал меня так, как сейчас. Я боюсь его, но сама не понимаю почему, не стремлюсь убежать. Когда немного прихожу в себя, осознаю, что окружающее пространство содрогается от зверских криков Рафаэля. С неподдельным ужасом наблюдаю, как он крушит все, что попадается на пути.
— Балдо! — орет он во всю силу легких. — Балдо! Мать твою!
В тот же миг мистер Хитмен врывается в зал и покорно принимает ярость хозяина, который за секунду оказывается стоящим вплотную к нему и едва не изрыгающим пламя.