— Ты невыносима. — Сдавливает пальцами переносицу. — Знаешь, что я делаю с людьми, которые не то, что поднимают на меня руку… — шумно вздыхает, — я за косой взгляд сворачиваю шеи, а ты…
Он до хруста сжимает кулаки, словно пытается сдерживать себя.
— Этого больше не повторится, — шепчу бесцветным тоном, опустив лицо. Сейчас я проклинаю собственный нрав, ведь будь на месте другой мужчина, уверена, это повлекло бы неисправимые последствия. Но почему он терпит? Это явно не в его характере. Пытаюсь успокоить дыхание, прежде чем задать вопрос: — Рафаэль, — поднимаю голову и встряхиваю ей, чтобы смахнуть с лица непослушные пряди, — я больше так не могу. Вы ведь взрослый мужчина, к чему все эти игры?
— Я жду конкретики, — устало вздыхает, удобнее устраиваясь на сиденье.
— Вы ведь все помните…
— А ты? — Росси резко меняется в лице и подается вперед, снова заставляя мои внутренности сжаться в тугой узел. Подцепив локон моих волос, мужчина подносит его к носу и делает медленный глубокий вдох. — Ты помнишь?
Тишина в салоне будто вытягивает весь воздух и сдавливает легкие, ведь я помню все до единого прикосновения. Мое тело до сих пор отзывается в тех местах, где он прикасался. Это словно метки на невидимой карте.
— Молчишь? Я знаю почему. Мне не нужны твои лживые слова, Сола. Твое тело помнит меня, и как бы ни старалась забыть, у тебя ничего не выйдет. Я не позволю. — Он склоняется к моей шее, опаляя жгучим дыханием, а я ощущаю себя астматиком, который вот-вот задохнется от нехватки кислорода. — Я твой первый мужчина, Сола. После меня другие — ничто. Поэтому ты так реагируешь. Не стоит этого бояться, и тем более ненавидеть меня. — Требовательные губы едва касаются моей шеи, и от накатившего напряжения начинает пульсировать в висках. Мой рассудок снова в его власти. — Я тоже не забыл. Ты для меня первая. Первая, что годами не выходит из головы.
Спускается горячими поцелуями ниже, словно разливая по коже раскаленный металл, и я больше не могу сопротивляться. Мое тело получает то, чего все это время требовало, капризно истязая душу.
— Прошу… не надо… — Выгибаюсь, когда он рукой скользит по внутренней поверхности бедра.
— Я могу быть нежным, но ты должна это заслужить, topolino.
Чувственный шепот мурашка за мурашкой утягивает напряжение в низ живота, и я уже испытываю нестерпимую жажду, которую сможет утолить только он. Однако этому нельзя дать случиться.
— Если думаете, что меня это возбуждает, то очень ошибаетесь. Вы становитесь противны мне еще больше.
Сглатываю болезненный ком, судорожно облизывая пересохшие губы. Если я позволю этому произойти, обратного пути не будет. Пока же у моей души есть еще маленький шанс на спасение.
Рафаэль отстраняется и скользит по мне изучающим взглядом, заставляя все внутри пульсировать от желания.
— Если ты укажешь мне хоть одну достойную причину, чтобы остановиться, я прямо сейчас развяжу тебя и куплю билет до Москвы.
— Я люблю вашего сына. Этого недостаточно?
На красивых губах вспыхивает тень опасной ухмылки, а я не могу даже вдохнуть от того, как он одним присутствием наэлектризовывает атмосферу.
— Если бы ты любила моего сына, — раздраженно выдыхает Росси, — то не реагировала бы так на мои прикосновения. — Его рука уверено перемещается мне между ног, и я до боли вжимаюсь в твердую поверхность дверцы автомобиля. — Твои мокрые трусики гораздо красноречивей лживой тирады.
Рафаэль за секунду находит пальцами мою чувствительную точку, отчего я запрокидываю голову и зажмуриваюсь, резко выдыхая, словно пытаюсь выплюнуть это чертово возбуждение, что разгорается во мне, как бенгальский огонь. Его рука исчезает, я расслабляюсь и с облегчением позволяю телу избавиться от изнурительного напряжения, которое тянуло меня вниз и топило в запретных желаниях.
— Вы принимаете физиологию тела за желание, — резко бросаю и вздергиваю подбородок, стараясь вложить во взгляд всю ненависть, что вызывает у меня это чудовище.
Издевательская усмешка некрасиво искривляет его губы.
— И часто ты так реагируешь на прикосновения мужчин? — Молчу и упрямо смотрю ему в глаза. — Отвечай.
— Вам нравится издеваться надо мной? Вы против женитьбы сына на мне? Так все, вы своего добились! Замуж я за него точно не пойду, даже дуло пистолета у виска не заставит меня обзавестись такими родственничками.
— Не стоило так нервничать. Насчет вашей свадьбы решение было принято в тот момент, когда я узнал, кого сын хочет притащить в нашу семью.