– Хорошо, спрашивайте, – соглашается Зинаида.
– Как ее полное имя, где она жила, кто ее родители?
– Людмила Ивановна Козуб. Она, как и я, из Каменки, только младше меня на три года. Отец Люси работал на спиртзаводе, три года назад он умер от инсульта; мать – на сахарном заводе; сейчас она на пенсии. Люся была их младшей дочерью, есть еще старшая, Таня. Она живет в Городище. Замужем, двое детей.
– В Каменке Люся с кем-нибудь встречалась? Я имею в виду, было ли у нее любовное увлечение?
– Нет, не было, ей ведь только восемнадцать исполнилось. Хотя… перед отъездом она закрутила роман с нашим местным милиционером, Ваней. Длилось это недолго, вскоре они расстались; точнее, этот милиционер закрутил роман с Люсиной одноклассницей и близкой подругой, когда Люся поехала в Киев сдавать вступительные экзамены. Ее родители были не в восторге от этого парня и вздохнули с облегчением, когда Люся с ним рассталась. В общем-то, они были правы: мутный он был какой-то, вскоре его уволили из милиции.
– Что значит «мутный»?
– Темные делишки проворачивал, а как из милиции ушел, вообще бандитом стал. Сейчас он «поднялся», у него свое кафе; его такси по городу ездят, а также маршрутки на Киев.
– Он женат?
– Да, привез жену из Черкасс. У них двое детей.
– Неужели во время учебы в университете Люся ни с кем не встречалась?
– Она всего год там проучилась. Сначала ей было сложно, поэтому ни о чем таком она не думала. Да и я за ней присматривала.
– Спасибо, Зинаида, вы мне очень помогли. Возможно, я вам еще перезвоню, если, конечно, вы не возражаете.
– Вы так и не сказали мне, где похоронили Люсю.
– Пока что ее тело не найдено. Но мы обязательно найдем его, а также убийцу!
Попрощавшись с Зинаидой Петренко, я не спеша направилась к станции метро «Золотые Ворота». Мои предварительные версии отпадали одна за другой. Незнакомец, испугавший их компанию колокольным звоном десять лет назад, – это, по-видимому, Коля-звонарь. Он давно скончался и не мог быть убийцей друзей Пионтковского. Отец Люси тоже мертв, брата у нее не было; бывший возлюбленный женился и имеет детей. С чего бы ему вдруг воспылать жаждой мести, да и откуда он мог обо всем узнать? По-видимому, убийца был близок к «Пяти П», я уже наметила несколько возможных кандидатур. Но вначале нужно найти тело Люси.
Приехав в прокуратуру, я набираю на мобильном номер следователя Якимчука:
– Петр Николаевич, вы не хотите со мной увидеться?
– На кофе напрашиваешься?
– Согласна на растворимый.
– Видно, тебе что-то очень от меня нужно, – засмеялся Якимчук. – Сейчас я перезвоню дежурному и выпишу для тебя пропуск. Заходи!
Хоть мы с ним не виделись уже давно, с похорон Антона, Якимчук не изменился – такой же маленький и подвижный, как ртуть. Он тоже ощупал меня взглядом на предмет внешних изменений. Со стороны оно всегда виднее. К своему ежедневному изображению привыкаешь. Кажется, что время течет мимо тебя, и лишь посторонний взгляд фиксирует жизненные отметины.
Петр Николаевич вскакивает из-за стола. Мы обнимаемся. Для этого мне пришлось слегка наклониться – не подумав, я надела сегодня высокие каблуки. Якимчук тут же включает электрочайник и достает из ящика стола стеклянную банку с кофе.
– Травить растворимым кофе я тебя не буду. Для особого случая у меня припасен настоящий бразильский, молотый, «желтый бурбон». Прячу его от нахлебников.
«Ого! Значит, я – особый случай!»
– Рад тебя видеть. Рассказывай, как твои дела, что нового? – спрашивает Петр Николаевич и прячет глаза.
Думаю, ему уже известно о моем новом замужестве.
– Я вышла замуж за Олега.
– Правильно сделала. Жизнь продолжается, а Антона уже не вернешь. Олег – парень видный, надежный, к тому же вас объединяет работа, а это немаловажно.
Петр Николаевич насыпал в приготовленные чашки солидные порции кофе, и по комнате разнесся аромат – бальзам на душу мне, кофеманке.
Поговорив еще минут пять на житейские темы, Якимчук искоса глянул на часы, и я поняла, что, как бы он ни был рад нашей встрече, его ждет неотложная работа. Он, как и я, трудоголик, может, поэтому ему, как и мне, не везет в семейной жизни?
– Петр Николаевич, пожалуйста, сделайте запрос по своим каналам. Меня интересуют неопознанные тела восемнадцати-двадцатилетних девушек, найденные в Днепре после 2005 года. Акватория реки – Ржищев и ниже.
– За десять лет? – поразился Якимчук.
– До 2008 года, – сужаю я временны´е рамки.
Все, что оказывается на дне реки, находится в движении, хоть и медленном. По ряду причин тело Люси могло освободиться от тяжелого рюкзака и всплыть.