Оттуда выскочил одетый в шорты пацан лет десяти с игрушечным автоматом и побежал. Вскоре за ним показался такой же мальчик, вооруженный ружьем. Лазарь успокоился. В выходной день тут было, как на центральном пляже, – полно отдыхающих.
Лазарь вернулся в дом, где раскладывала привезенные вещи его жена.
– Я замариновала крылышки. Когда будешь готовить барбекю? – спросила Люда.
– Давай приготовим их вечером. Такая чудесная погода, грех ею не воспользоваться! Пойдем на пляж, а после шести вечера я займусь барбекю.
Крутившийся неподалеку трехлетний Мишка подслушал их разговор и закричал:
– Ура! Мы идем на пляж!
Мальчик стал бегать вокруг взрослых, требуя отправиться на пляж немедленно. Люда сдалась.
– Бери этого крикуна и топайте на пляж, – сказала она Лазарю. – Только сразу в озеро не лезьте, пусть Мишка как следует на солнышке согреется, а то с утра вода может быть холодной.
Лазарь рассмеялся:
– Откуда в этом озере холодная вода? Оно же мелкое и хорошо прогревается, а сейчас солнце жарит вовсю.
Отец и сын вышли из калитки на улицу и медленно пошли к озеру. Мишка нес свое плавсредство – надувные нарукавники. Лазарь заметил, как из серой «мазды» выбрались двое спортивных ребят в расстегнутых рубашках и со скучающим видом пошли следом за ними, держа дистанцию метров тридцать.
Несмотря на опасения Лазаря, людей на небольшом песчаном пляже оказалось не так уж много, и он с сыном облюбовал место почти у самой воды, рядом с кустом, дающим хлипкую тень. Озеро, тянущееся на километр, было шириной в несколько сотен метров; с противоположной стороны виднелся густо заросший лесом берег.
– Купаться! Купаться! – закричал Мишка.
Отец вошел с ним по колено в озеро. Вода приятно освежала. Лазарь дождался, пока Мишка наденет нарукавники, а затем зашел с ним поглубже, по грудь. Мальчик весело засмеялся и начал брызгаться, но Лазарь сразу же это пресек. Лишь когда на пляже появилась Люда, нагруженная огромным пакетом с едой и большим складным зонтом, отец приказал сыну вылезти из воды. Ему пришлось повторить свои слова, на этот раз в виде ультиматума, мол, если Миша не послушается, то в воду больше не зайдет, и они наконец подействовали. Люда, подойдя к их цветной подстилке, уже установила зонт.
– Так и знала, что вы устроитесь на самом солнцепеке, – укорила она супруга. – Хорошо, что я вспомнила про зонт.
– Пойду поплаваю, а то я только постоял в воде, – сказал Лазарь жене.
– Иди. Потом посмотришь за этим гавриком, а я почитаю, – кивнула Люда. – По почте пришла новинка, которую я заказывала.
– Еще один детектив, – улыбнулся Лазарь и направился к воде.
Разбежался – раз, два, три шага, толчок – и, нырнув, пронесся под водой, как торпеда. Как только его голова показалась на поверхности, Лазарь вдохнул и перешел на кроль, плавно рассекая воду руками. Проплыв метров сто, он перевернулся на спину и почувствовал легкую одышку.
«Раньше такого не было. Надо купить абонемент в спортивный клуб, согнать наросший жирок, а еще побольше плавать. Таскать железо и пить белковые коктейли ради кубиков на животе – это не для меня».
Лазарь медленно поплыл назад, еле двигая расслабленными руками. Держа голову над водой, он смотрел на берег, на жену и сына. Вдруг Людмила взяла его мобильный, махнула мужу ладонью и опустила руку.
До берега оставалось несколько десятков метров. Неожиданно Лазарь вспомнил свой ночной кошмар, и ему показалось, что он плывет по черной воде, как во сне. Он понимал, что это солнце слепит глаза и поэтому ему все кажется черным, но им овладел страх, которому невозможно было противостоять. Лазарю вновь вспомнилась темно-зеленая, с облезшей кожей и жалкими остатками волос голова утопленницы. «А вдруг она здесь и охотится за мной?» – возникла у него паническая мысль. Впереди появился и лопнул пузырь, почти как в его сне. Внезапно Лазарь почувствовал, как что-то мерзкое, скользкое схватило его за ногу и резко потянуло вниз. Он хлебнул воды, не успев закрыть рот. Лазарь стал колотить по воде руками, чтобы вырваться наружу, к воздуху, к жизни, но тут что-то сильно стиснуло его шею, пережав гортань. От боли он непроизвольно открыл рот, и вода хлынула внутрь. Лазарь закашлялся, сопротивляясь, но вода уже заполнила легкие, и он наконец сдался. Прежде чем его сознание окончательно угасло, он понял, что его куда-то волокут под водой.
Возившаяся с сыном Людмила время от времени поглядывала на мужа. Она знала, что он хорошо плавает и уверенно чувствует себя в воде, но неприятный осадок от ночного разговора внушал ей тревогу. Ее преследовало предчувствие: что-то должно было произойти.