- Видишь? Он не такой! Ему не наплевать на тех, кто ниже по положению! Он даже специально за тобой пошел! Может он и на серьезные отношения способен, если ты ему сильно понравишься? - и подобное в том же духе.
- Ну, заткнись уже, ладно? - даже взмолилась я наконец, - сначала разную фигню нашептываешь, а потом первым же и пострадаешь! Тут и так тяжело мозги включать, когда он так близко и я не только постоянно тону в его колдовских глазах, но и чувствую будоражащий аромат смеси его парфюма и феромонов здорового мужского тела, а еще ты со своими переживаниями. Мозг нужно слушать, мозг и еще раз мозг, а он, как раз, очень в твоих доводах сомневается!
- Потом босс снова для чего-то надел личину «ехидной заразы» и я опять получила двойственные эмоции: облегчение от его отстраненности и... обиду на нее же — все-таки я была молодцом и он хоть это мог бы как-то отметить... Однако я тогда тут же взяла себя в руки и напомнила сама себе, что «лучше уж так».
В машине, успокаивая мои сомнения, он опять уткнулся в свой ноут и я совсем уже было расслабилась, как вдруг все мгновенно поменялось, когда нам пришлось выходить у ресторана через одну дверцу — со стороны босса, и он, помогая мне выйти, вдруг неожиданно притиснул меня всем телом к своему боку и буквально промурлыкал в макушку:
- Ну что, малышка, покутим?
Не случись это так внезапно, возможно я нашла бы способ уладить вопрос как-то более корректно, а так я шарахнулась от него как от кипятка, чуть не упала, от этого смутилась, а от смущения разозлилась и выдала на эмоциях:
- Вы что себе позволяете, Руслан Игоревич?! Не забывайте, что я Вам не девушка и здесь нахожусь исключительно как переводчик! Если мои услуги в таком качестве Вам больше не нужны, то я возвращаюсь в офис!
Ну, да, мужчина на отповедь явно обиделся, хотя я вообще не понимаю этих «обидок»! Привыкли, понимаешь, что всякая женщина растекается у их ног лужей растаявшей карамели и совсем не желают признавать границ между той, что на тебя работает и той, с которой ты ради развлечения!
Ратмир Радомский, поджидавший нас уже в ресторане и являющийся, как выяснилось, еще одним компаньоном Руслана Игоревича, но участвующий в деле только деньгами, поэтому и не присутствовавший на переговорах, не понравился мне сразу. Не понравилось то, каким тоном он представился: так и чудилось, что сейчас добавит к имени что-то вроде «моё сиятельство» или «мое высочество, наследный принц». Не понравилось, с каким снисходительным (это чтобы не сказать «презрительным»), превосходством, поглядывал он на азиатов, а ведь эти люди очень чутки к подобным нюансам. Этак он моему боссу все отношения с партнерами испортит! Ну а больше всего, конечно, мне не понравилось как он смотрел конкретно на меня!
Сначала, при знакомстве, он взял мою руку обеими ладоням и уставился мне в глаза «проникновенным», как наверное ему казалось, взглядом, а мне же почудилось в нем нечто хищное, как у зверя, почуявшего дичь. И мою руку он держал так долго, что простое представление стало казаться чем-то интимным и мне буквально пришлось выдирать у него свою кисть.
- Ах, Руслик, - томно вздохнул этот фигляр, - ну как тебе только удается находить себе таких очаровательных девушек?!
И вот тут, обиженный на мою давешнюю тираду, босс сказал ту фразу, которая, как подозреваю, и привела меня к конечном результате на больничную койку!
- Она «не» моя девушка, Мирек, и находится здесь исключительно по работе... - выдал он равнодушным тоном и даже отвернулся, подчеркивая свои слова, а в глазах Ратмира в этот момент вспыхнуло такое хищное предвкушение, что у меня похолодело в животе: будто тигру в зоопарке показали через решетку кусок мяса, а потом он понял, что мясо несут именно ему...
И весь вечер я как уж на сковородке пыталась увернуться от его назойливого внимания. Для начала он устроил так, чтобы я села не на стул, а на диванчик и тут же притиснулся ко мне своим бедром. Я несколько раз пыталась отодвинуться, но другой край диванчика упирался в стену и я вскоре оказалась просто вжатой в нее.
Благодаря его стараниям, я почти не чувствовала вкуса того, что ела. К тому же я всегда много пью во время еды, а тут мой бокал постоянно был наполнен вином, которое я конечно же игнорировала, но от этого мучилась от жажды и еда, несомненно качественная и наверняка вкусная, просто становилась мне колом в горле. От коньяка, который он чуть ли не заставлял меня выпить, отказалась наотрез, сославшись на ту же, пресловутую, работу. Короче — невольно сделала все, чтобы инстинкт хищника, в этом животном, разгорелся жарким пламенем.