Татьяна же Климанова в силу своего мягкого характера и набожности в оргиях участия не принимала и избежала страшных дамских разборок. Однако с ней приключилась другая напасть.
— Мы не знали, что и подумать. Она всегда производила на меня впечатление нормального, здравомыслящего человека. Еще можно было что-нибудь понять, если бы она напивалась до изумления — мало ли что спьяну причудится. Но она же не пила вообще. И по ночам орала, как резаная. Прибежим, стучим ей в дверь. Она открывает вся белая, сна ни в одном глазу, трясется. Говорит, ей звонит маньяк из фильма, который мы снимаем. Представляете? Что мы должны подумать?
— Что девушку надо полечить, — подсказала Регина, допивавшая уже третий бокал вина.
— Ага, полечить; съемки в разгаре. Деньги, что называется, уплочены. График съемок утвержден. Поначалу я думал, что это наш Пересылкин ее разыгрывает — исполнитель роли маньяка; он, по-моему, был тихо в Татьяну влюблен. Но нет, он вместе с нами прибегал.
— Ну и что? — заметила я. — Он мог позвонить, а потом вместе с вами прибежать.
— Нет, — решительно отверг эту версию Фиженский. — Дело в том, что мы пару раз с ним вместе пили, у меня в номере. И как раз в это время Татьяна начинала орать. Прибежим, она только трясется и на телефон показывает. Трубка снята, а там кто-то молчит и дышит. (Вот тебе раз! А подружка Климановой, актриса Райская мне рассказывала совсем иное. Сказала, что проверяла, что никто Климановой не звонил в номер...) Вот и представьте, что мне было делать? Лечить Климанову и срывать съемку? Если бы она пила, было бы проще — вечером проследил, чтобы она приняла «лекарство», и до утра спокоен. А так... Лечил ее сам.
— Интересно, каким образом?
— Покупал ей в аптеке димедрол, она его горстями пила. Сразу после съемок водичкой запьет и спать. Ни одни маньяк бы не дозвонился. Наутро, правда, еле вставала, ходила — пошатывалась, зато такой мутный глаз в камеру выдавала — залюбуешься!..
Конечно, это были ценные сведения, запутавшие ситуацию еще больше. Но всего хорошего понемножку, и режиссер, дико извиняясь — почему-то в основном перед Региной, — расплатился по счету, встал и откланялся: нужно было возвращаться в монтажную, которую выделили только до утра.
Уже после того как он ушел, мне пришло в голову, что следующим из съемочной группы мне нужен реквизитор или как он там правильно называется. В общем, человек, который пришивает к одежде актеров оторвавшиеся пуговицы и обеспечивает съемочный процесс, раздобывая необходимые для съемок предметы.
Говоря иносказательно — перед первым актом вешает на стенку ружье, которое в последнем акте должно выстрелить.
Поскольку у режиссера, отправившегося назад в монтажную, глаза уже по пути зажглись возвышенным огнем, и общение с ним на любые темы, кроме монтажа фильма, стало затруднительным с того момента, как он встал из-за стола, я поняла, что списков съемочной группы мне сегодня не получить. Ладно, получу их завтра у кого-нибудь более адекватного. Не все же на студии творцы. Наверное, есть и нормальные люди.
Мы с Региной еще посидели в кафе минут пятнадцать, отходя от бурной манеры общения Фиженского, и Регина спросила:
— Ну что, на сегодня все? Куда тебя везти?
И тут я с ужасом осознала, что ребенок у бабушки, а я еще в командировку не уехала. И мне предстоит вернуться в свою пустую квартиру и провести там ночь в ожидании звонка маньяка. Ну уж нет!
Регина усмехнулась.
— Конечно, я могла бы пригласить тебя к себе. Получше совместить приятное с полезным.
— Ты о чем?
Не отвечая. Регина вытащила из сумки мобильный телефон и набрала какой-то номер. Я не сразу поняла, что она звонит в морг. Ей ответили буквально сразу.
— Привет, Сашунчик, проворковала она в трубку. — Слушай, ты уже в курсе, что Машку ночью чуть не убили? Кто-кто... Маньяк. И представляешь, охраны никакой ей никто не выделил. Ребенка она отвезла в безопасное место, а что ей самой делать? Мне ее так жалко, ужас! На ней лица нет. И она все время за сердце хватается. Все-таки она моя ближайшая подруга, если ее грохнут, кто меня тогда будет от ментов отмазывать? Ха-ха-ха, — Регина жеманно засмеялась. — Нет, ее рядом нету, она в туалет пошла. А я решила с тобой посоветоваться, что с ней делать? Да? А ты еще на работе? Но я могу ее подвезти куда скажешь. Могу и в морг, ничего, что она еще живая? Ты по знакомству примешь? Отлично. Теперь осталось ее уговорить, но предоставь это мне.