— То есть, по-хорошему мы понимать не хотим… — оскалился наблюдатель. Его вторая рука извернулась и обвилась вокруг моей шеи, поднимая меня в воздух. Помещение заполнил треск погремушки. — Ты вроде взрослый мужик, а ведешь себя будто тебе пятнадцать.
— А… надо было… молча… соглашаться…? — прохрипел я.
— Стоило. — кивнул он. — Пойми ты башкой своей, я не какой-то там злодей. Я вам обоим помочь хочу. В упор не понимаю, почему ты это принял в штыки.
— Ты… себя со стороны… видел…?
— Видел. — он скривился. — Но бывает, что иначе никак. Чем быстрее ты это поймешь, тем лучше. Думаешь все вот так легко? Нет, Артур, все дико сложно.
— Да пошел… ты…!
Он ослабил хватку, и я плюхнулся на пол, пытаясь восстановить дыхание.
— Короче так. — сказал Андрей. — Работай, а там видно будет. Будешь бузить без повода — накажу, так и знай.
И направился к выходу.
Вот падла… Ну ничего, рано или поздно, мы с тобой сочтемся. Рядом со мной, грозно выгнул спину маленький облезлый тигр.
R63 — XIII
Со всем этим, я совсем забыл про уговор с Викой. Во вторник, мне позвонил незнакомый товарищ и представился водителем отца Виктории Александровны. Он ждал меня у подъезда, перед домом из которого я уже почти съехал.
В машине сидел плотный, рыжий юноша, практически вчерашний студент. На нем был довольно дорогой костюм — видать все хорошо с зарплатой у сотрудников вице-мэра.
Водителя звали Петр. Поскольку его босс в тот момент находился в Москве, юноша рассчитывал на выходной. Но вмешалась жестокая судьба в лице Вики.
— Ну что, в Уссурийск и обратно?
Я кивнул. — Много времени не займет.
— Уж надеюсь. Да ладно, быстро домчим. Есть лайфхак. — хмыкнул он и врубил мигалку. — Считай, государственное дело. Но если попадутся на дороге совсем уж отбитые менты, хозяйка велела все валить на тебя. Без обид.
— Даже не сомневался.
Филимонов жил в желтом трехэтажном домике с треугольной крышей где-то на городской окраине. Местные жители не были такими уж конными варварами, но увидев дорогую машину делали глаза по десять рублей.
— Ты иди, я внутри посижу. — ворчал Петя. — Иначе, точно снимут зеркала. Это уж как минимум.
Я поднялся на верхний этаж, надеясь, что профессор дома. Он мог пойти погулять в этот холодный, но солнечный день. Для здоровья полезно. Поясню сразу — будь со мной Дурак, я бы послушал его совета и не пошел. Запутанные угрозы духа меня все же напрягли. Но духа Арканы не было, был лишь безымянный тигренок из тотема, чьего присутствия я большую часть времени вообще не замечал.
Если так, нас не должны раскрыть, верно? Я планировал сойти за обычного агента, которого интересуют детали.
Обшарпанная деревянная дверь находилась в самом конце коридора. Я постучал. Сначала ответа не было — но я прекрасно слышал, как кто-то крадется к двери и аккуратно выглядывает в глазок.
— Здравствуйте. Извините, это я вам звонил. Просто хочу задать пару вопросов Игорю Карловичу, если это возможно.
Молчание. Затем, из-за двери донеслись едва различимые всхлипы, но она все же открылась. На пороге стояла молодая девушка в темно-синем халате, и с большим интересом меня разглядывала. Я сразу заметил жуткие темные вены у нее на шее и руках. Кажется, внучка профессора была больна.
— Проходите, Артур. — смиренно пробормотала она, закатывая глаза.
Тигренок рычал настолько свирепо, насколько мог. Эта девушка ему не нравилась, причем не нравилась на столько — будь он настоящим, точно вцепился бы в ногу.
Я прошел вслед за ней в комнату профессора. Игорь Карлович лежал в кровати и был похож на иссохшую мумию. Из-под слоя одеял только седая, сморщенная голова. Старик смотрел в потолок и совершенно никак не реагировал. Все надежды на то, что ученый окажется игроком, рассыпались. Смертный, как и большинство обитателей этого мира.
— Два инсульта. — внучка встала рядом со мной. — Он не говорит, ест с трудом. Не знаю, каким чудом держится за жизнь.
— Извините. Я понятия не имел.
— Конечно. — хмыкнула она. — Когда дед был вам нужен, ни дня не проходило без гостей с той стороны. А когда ему понадобилась помощь, все растворились в ночи.
— Вы… все знаете?
— Знаю достаточно. Скажите, Артур. Спустя годы, ваше начальство наконец решило вознаградить дедушку за всю ту работу, что он делал для них. Вы пришли излечить его?