Рома сел за компьютер. Пришло сообщение от Мэри: «Пойдем завтра на каток?» Рома помедлил - нет, рвать, так рвать! « Иди с Лешей». Пауза. « А я хочу с тобой».
Счастье - удивительная штука. Иногда для него нужно кучу разных вещей, а иногда - пара слов.
Зима, перевалившись за хребет времени, потихоньку раскисала под мартовским солнцем. Воздух становился сырым и пьяным. А пустое синее небо уже манило далеких пока еще птиц.
Рома и Мэри уже бывали друг у друга в семьях, и их мамы уже высказались о них. Ромина мама, внимательно глядя на сына, сказала:
- Девочка славная, но ты не позволяй ей вить из себя веревки - она очень тобой командует.
«И вовсе нет. Ничего не командует».
Мама Мэри, подстригала дочь - она была классным парикмахером - и Мэри спросила:
- Ма-ам, а я ему нравлюсь?
- Морочишь мальчику голову, - ответила мама с улыбкой, - он ее совсем потерял.
- А я хочу, чтобы потерял.
«Как приятно произносить это: «потерял голову». Из-за меня!»
Однажды после кино они долго гуляли по парку и промокли насквозь. Дома у Мэри Рома уселся в ее комнате на диванчик, а Мэри ушла в ванную. Сидеть было скучно. Рома подошел к дверям ванной и постучал:
- Ты что так долго?
- Я ноги мою.
- Открой, что я тут один.
Она открыла. Она сидела на краешке ванны и болтала сырыми ногами в воздухе.
- Дай, пожалуйста, сланцы.
Он нагнулся, поднял с пола сланцы и, увидав прямо перед собой, ее босую ножку, неожиданно для себя тихонько поцеловал ее. Ножка была мокрой и теплой - и все. «Странное какое ощущение - а ведь я ее поцеловал». Ощущение было почти, как просто от прикосновения к теплой и мокрой коже. Но еще было и другое. Еще было то, что это была «она».
Они с испуганным удивлением смотрели друг на друга несколько секунд. Мэри тихо засмеялась и хрипло сказала:
- Дай сланцы.
Он одел ей сланцы. Бережно, будто это были хрустальные башмачки. Рома и Мэри потом весь вечер то молчали, то говорили о музыке, а глаза у обоих повторяли и повторяли: «Ты знаешь, у нас началось «это». И как теперь? Не знаю».
На другой день Мэри решила похвастаться сестре - ее «распирало».
- Камилла, знаешь, Рома меня поцеловал.
- Наконец-то, - ответила Камилла, - а то ходите, как «пионеры». Ну и как? Как вы целовались?
- Вообще-то, - замялась Мэри, - мы не целовались, он просто поцеловал мне ногу. В ванной.
Камилла с подозрением посмотрела на сестру.
- Чем это вы занимаетесь в ванной? Вы там с ума не сходите? Ноги целует.
- Кто у кого целует ноги, - в комнату зашла мама. Камилла, ничего не говоря, ушла на кухню.
- Мэри, вы о чем? Это у вас с Романом такие развлечения? Да?
- Мам, ну ничего не было, ничего.
- Он лез к тебе?
- Нет. Он был, - Мэри замялась, подбирая слово, - вежливый.
- Да уж, вежливый кавалер, нечего сказать.
В комнату зашел дедушка.
- Вот, папа, у нашей Мэритэ кавалер ноги целует.
- Настоящий джигит, - заметил дедушка Надир, - а я ее в гранатовое яблочко поцелую.
И он с лаской привлек внучку к себе, щекоча седыми усами щечку Мэри.
- А ей замуж пора.
- Папа! Она школу не закончила!
Они ушли, споря, а в комнату вернулась Камилла.
- Мэри, возьми-ка, ты уже взрослая девочка, - и она протянула Мэри пачку презервативов.
- Зачем?
- Ты что, дура? Мало ли что - должны быть под рукой.
И она тоже ушла. А Мэри била дрожь. «Что «мало ли что»? Разве может быть у них это «мало ли что?» - нет, не может, или может?»
Рома тоже непрерывно думал - что поменялось в их отношениях? «Я поцеловал, а она не рассердилась. Значит - это «моя» девушка. Да».
С этими мыслями он пришел к Жеке Потапову.
- Хочешь фильм прикольный?
«Какой фильм? Мэри - «моя» девушка, а ты и не знаешь».
- Ну, что у вас с Мэри? - продолжал Жека, - ты ее уже «завалил» или как? Расскажи, интересно ведь. Слушай, у меня родичи уезжают. Приходите с Мэри - «завалишь» ее тут в две секунды под классную музыку.
- Нет, не надо.
Рома пошел домой. «Он ничего не понимает, этот Жека. Он не понимает, что у нас другое -
а он: «завалил, не завалил». И тут что-то темное, «внешнее» - тихонько зашевелилось и шепнуло: «а будет и это».
Мрачный, он поднялся на свой этаж и зашел в квартиру. У них были тетя Оля и дядя Гера.
Тетка с мамой болтали на кухне, а дядя Гера играл на мамином пианино в гостиной. Он был очень музыкален, прилично играл и пел. Он любил джаз.
- Дядя Гера, - сказал Рома в паузе между рэгтаймами, - а как мужчина должен начать половую
жизнь?
- Видишь ли, в половой жизни главное не как начать, а как кончить, - и дядя Гера рассмеялся.