Он что-то читает, бросает взгляд на меня и снова смотрит в телефон. Потом производит какие-то манипуляции и возвращает телефон девушке.
- Спасибо, дорогая. С меня премия, - он подмигивает, и девушка, улыбнувшись, покидает кабинет.
- И чего светишься? - спрашиваю я.
Эд поднимается и подходит ко мне. Устраивается рядом. Все это время молчит и только взгляд выдаёт его. Он собирается мне что-то сказать, готовится, тянет, чтобы я прочувствовал всю прелесть его новостей. Есть за ним такая дурацкая привычка ещё со студенческих лет.
- Да, бля, не тяни! - не выдерживаю я.
- Мне вот интересно, а что мне будет за те новости, что я скажу? - он слегка прищуривает глаза. Издевается ведь.
- Мне по барабану, не хочешь – не говори, - я, конечно, вру, он уже сумел задеть моё любопытство. А потом в голове щёлкает. - Это про Ромашку?
- Ах, помучить бы тебя! - вздыхает друг, а затем достаёт свой телефон, куда-то заходит, что-то делает, а потом поворачивает ко мне экран.
Я не сразу соображаю, реально туплю, глядя на фото документа. А затем выхватываю телефон из рук Эда и присматриваюсь к фото. Это страница паспорта. Та самая, где стоит штамп о браке с неким Шиловым Борисом Олеговичем. А под ним ещё один штамп – о разводе.
Поднимаю глаза на друга, он продолжает широко улыбаться. А я снова возвращаю взгляд к экрану.
Она в разводе. И нет никакого мужа. Теперь и я начинаю улыбаться. И фамилия её, не мужа. Ну что ж, Ромашка, придётся тебе ответить на пару вопросов.
- Спасибо, друг, - возвращаю ему телефон.
- Там и другие фото есть. У неё ребёнок, пацан лет семи.
- Да, про сына я знаю. Перешли мне эти фото.
- И что планируешь делать?
- Добиваться. Соблазнять, - улыбаюсь другу. Внутри словно лампочка зажглась, а с плеч сняли груз. Нет никакого мужа! Нет его!
- Ты к Акуле пойдёшь? - меняет тему Эдвард.
- Обещал, что приду. А ты идёшь?
- Если получится, то подъеду. Тут с поставками косяк. Нужно решить.
- Тогда не буду мешать, - я спешу покинуть кабинет и поскорее найти Алевтину.
В номере её не оказалось, я стучал несколько раз, но мне так и не открыли. Тогда я спустился к морю, но и там её не обнаружил. Ну и где её искать? Посмотрел на часы. Концерт скоро начнётся, а я обещал прийти. Это группа моего школьного приятеля. Он собрал мальчишек, создал группу, пишет музыку и слова, а они исполняют.
Расстроенный, что не смог найти Алевтину, я отправился в парк, где должен был пройти концерт.
Приятеля застал за бурной деятельностью. Он давал распоряжения, помогал устанавливать аппаратуру.
- Рад, что ты смог прийти, - заметив меня, он спрыгнул со сцены и протянул руку. - Пару минут и я к тебе вернусь.
- Не спеши, - говорю Алексею.
- Можешь подождать меня там, - он указывает на кресла, что стоят за сценой в том месте, что выполняет роль кулис.
Я так и делаю, и действительно, объявив о начале концерта и представив свою группу, он устроился рядом со мной.
- А сам почему не поешь? - спросил я. Сколько себя помню, Акуленко Алексей был гвоздём программы на всех школьных праздниках.
- Почему не пою? Пою. Но редко и для себя. Поверь, у этих ребят получается гораздо круче.
Мне действительно нравилась и музыка, и исполнение, и слова текстов. Я слегка выглянул, чтобы посмотреть, много ли людей собралось, и был приятно удивлён. Небольшая площадка, окружённая скамейками, была полностью заполнена, а люди устроились и за её пределами. Некоторые песни они даже подпевали. И тут я заметил её.
Алевтина стояла на краю площадки, и, по-моему, даже слегка пританцовывала.
- Лёш, мне отойти нужно, - говорю другу и покидаю сцену через небольшую боковую дверь.
Я обхожу толпу и протискиваюсь туда, где стоит Алевтина. Какое-то время просто стою за её спиной. А потом делаю последний разделяющий нас шаг.
- Привет, - произношу у её виска. Она дёргается и оглядывается.
- Виделись, - бурчит и снова отворачивается.
- Можно вопрос? - мне приходится наклониться к самому её уху, чтобы не перекрикивать музыку.