Пэкс уставился на снимок.
- Этого просто не может быть. Он не мог.
- Беки добровольно сдаст ДНК-тест. У нее есть копия подписанного твоим отцом чека. Она будет полностью откровенной. Она ответит на любой твой вопрос, - его глаза поднялись к моим. - Мне жаль, что он причинил тебе такую боль.
- Боже, Одри. У м-меня есть дочь? - он поднес снимок к свечам, горящим на столе между нами.
- Думаю, да.
- И ты считаешь, что мы должны растить ее?
- Да, считаю, - я наблюдала, как он бросил снимок Корин рядом с собой. Здесь безошибочное сходство. ДНК-тест может и докажет все для Пэкса, но мне не нужны результаты. Я верю Беки.
- Это не возможно. Если я признаю, что это произошло, тогда я признаюсь во лжи. Я яростно отрицал любую связь с Беки на протяжении двенадцати лет. Это разоблачит моего отца, взятки, все. Это не может произойти. Точно так же, как я презираю его прямо сейчас, я не собираюсь уничтожать его. Очень многое поставлено на карту. Это подорвет все, что я сделал для губернаторского поста. Я не могу. Я удостоверюсь, что о ней позаботятся, как смогу, но на этом все.
- Ты не серьезно, Пэкс. Она твоя дочь. Ее мать умирает. Мы должны помочь ей.
- Я не знаю ее. Она не знает меня. Она не поймет разницы, - он смотрел на бегуна, семенящего перед нами. - Я позабочусь о ней. Обещаю.
- Но в то время ты хотел уйти от своей невесты и вырастить эту девочку, - борьба во мне чувствовалась чужеродно. Адреналин подпитывал меня.
- Когда Беки позвонила и сказала, что потеряла ребенка, я сдался. Я двинулся дальше. Женился на Саре. Я не чувствую того притяжения, которого ты от меня хочешь, Одри. Прошло много времени.
- Мы можем удочерить ее.
- О чем ты говоришь?
- Не скажу, что мне нравится использовать подобные методы, но думаю, что смогу убедить Беки согласиться на это. Мы удочерим ее законно. Мы можем сообщить прессе, что пытаемся обзавестись семьей, и когда просматривали варианты по удочерению, мы услышали о Корин, девочке, которая внезапно стала сиротой. Мы даже можем сказать, что узнали о ней через фонд твоих родителей. Ты можешь с помощью своих людей подправить документальный след, убедиться, что он не приведет к Беки.
- Ты много об этом думала.
- Да. С тех пор, как вернулась из кофейни, я пыталась придумать, как все это провернуть. Я не знаю, как все осуществить, но знаю, что ты можешь. Мы можем сделать это вместе.
- И ты хочешь, чтобы она жила с нами? Это то, чего ты хочешь?
Я кивнула.
- Да.
- Но каждый раз, когда я прошу тебя завести ребенка, ты пытаешься сменить тему. Это тоже измениться?
- Здесь все иначе, - я поерзала на месте.
- Не вижу в чем. Ты говоришь мне, что мы вырастим эту девочку вместе, приведем ее в наш дом и станем родителями. Почему нам не создать собственную семью?
- Впереди у нас длительная кампания. Я не могу думать о беременности прямо сейчас. Что если у меня будет утренний токсикоз, и мне нужно будет идти на официальный завтрак или интервью, а меня стошнит? Это никогда не сработает. После твоего избрания в губернаторы, будет лучшее время.
Он заправил развевающуюся прядь за мое ухо.
- Если ты забеременеешь, я не буду просить тебя делать ничего из этого дерьма. Я буду заботиться о тебе
- Ты выставляешь все так, будто это легко. Ребенок все изменит.
- Да. У нас всегда будет частичка тебя и меня. Ты же знаешь, что значит для меня иметь от тебя ребенка.
Я кивнула. Я сопротивлялась обсуждению больше года.
- У меня прием у врача завтра, - я посмотрела в его глаза, понимая, что это единственное, что он всегда хотел от меня.
Он обхватил мое лицо руками и поцеловал. Его язык врывался в меня, как будто мы целовались в первый раз, исследуя губы друг друга и новизну наших вкусов. Он толкнул меня на спину на кушетку, перемахнув через мое кресло.
Его руки плавали по моей груди и бедрам. Я прикусила его шею.
- Не думаю, что нам нужны снимки этого, - предупредила я. - Там, наверное, журналист в кустах, готовый продать это за миллионы.
- Я мог бы подумать о худшем, - он улыбнулся.
- Пэкс, скажи мне, что мы можем забрать Корин, - у него был способ отвлечь меня. Я чувствовала, как моя борьба убывает, пока он согревал мое тело своими руками и языком.
- Одри, скажи мне, что мы можем попытаться завести ребенка.
И вот. Переговоры. Торговля. Один ребенок в обмен на другого. Хотя, так не ощущалось, когда он агитировал мое тело поцелуями. Я не замечала того, как он говорил мне, насколько хочет видеть меня матерью своих детей. Я не осознавала ход, который он только что разыграл.
На следующий день, на моем ежегодном осмотре, я удалила внутриматочную спираль. Я позвонила Беки и рассказала ей условия удочерения. В любом случае, мы с Пэксом станем родителями.