И было от чего.
А вечером встретилась с Линой. Мы с ней немного подружились после того, как не стало Маши. И раньше она нравилась мне, а теперь стала как бы подружкой. Она была спокойнее, чем я, любила читать и серьезно относилась к учебе в своем колледже. Еще, может, потому была она серьезнее, что у нее были младшие брат и сестра? Но, главное, как и Маша, она не сплетничала. Поэтому я рассказала ей о сегодняшнем событии.
— Ну ты и ну, — сказала она свою обычную присказку. — Ты сошла с ума.
— Почему? Я же ничего такого не сделала. Это он.
— Хотел тебя поцеловать. Это уже слышала. А что потом?
— А потом… ничего…
— Не ври, я же вижу, что так все не закончилось!
— Ну, хорошо… Потом он меня поцеловал. Когда я смеялась.
— Поцеловал? Ты с ума…
— Успокойся, поцеловал в руку, опять извинялся. А я его слегка шлепнула по щеке, вот!
Лина покачала головой.
— Вы оба ненормальные.
— Ну и что?
Она погрустнела. В задумчивости накручивала на палец прядку волос.
— Что? — спросила я.
— Неужели ты ничего не понимаешь? Ты этого хотела. Ведь так? Ты изобразила злость, психанула, но ты хотела. И он тоже. А дальше? Ведь будет и «дальше».
Я прикусила губу. Когда думала обо всем этом, было как-то так… легко и несерьезно. Но сейчас, когда нужно было произносить слова…
— Я понимаю.
— Что понимаешь? Что будут еще поцелуи и не только поцелуи!
— Ничего «не только» не будет!
— Откуда ты знаешь? Он опять тебя поцелует, и ты будешь готова на все!
Я кивнула. Да, возле него мое сердце колотилось, как сумасшедшее. Каждый его взгляд вызывал у меня дрожь. С утра думала только о нем.
— Ты влюбилась! Ты влюбилась в него! Ты чокнулась из-за его глаз и губ, сама говоришь, из-за его слов! Да, вы неплохо смотритесь вместе. Но ваша разница в возрасте…
— На море я видела и не тмоя хорошаяакие пары.
— Ой, я тебя умоляю! Все артисты находят себе молоденьких, чуть ли не из детсада, ну и что? Ты для него кукла или ребенок, неужели не понимаешь? И, между прочим, ребенок его жены. Ты подумала о маме?
— Он дал мне самые лучшие минуты жизни, — упрямо сказала я, как одна влюбленная героиня, а подумала: «И будут еще лучшие!»
— Но это ее муж, — покачала головой расстроенная Лина. — С его стороны так вести себя — подло. Если бы он был старше, но свободен, и то я не посоветовала бы тебе с ним продолжать. Но человек, который женился на матери, а крутит с дочкой…
— Ты рассуждаешь, как старушка! — крикнула я. — Ты завидуешь!
— Может быть. Завидую тому, что ты переживаешь. Любовь — это любовь. Но тогда как же называется то, что у него с… — Лина замолчала.
— Договаривай! Ты хочешь еще раз плохо о нем сказать — так договаривай!
Лина покачала головой.
Только позже я поняла, что она хотела сказать: «Тогда как же называется то, что у него с твоей матерью?» Жаль, что она не сказала. Вряд ли эти слова привели бы меня в чувство. А вдруг? Но Лина не хотела окончательно ссориться со мной и оставлять меня наедине с моими переживаниями. И она промолчала.
7
Вдруг оказалось, что уже середина августа.
— Еще целых две недели, — утешала меня мама, не понимая моих перепадов настроения.
А у меня в голове не было ни одной мысли о школе или учебе. Никогда особенно не старалась получать хорошие оценки, хотя не была и в отстающих. В школе были девчонки, с которыми было весело.
Но теперь, хотя с Линой почти не встречалась, я мечтала, чтобы лето длилось еще сто месяцев. Или двести. Однажды с раскаянием поняла, что целую неделю даже не подумала о Маше. Какой стыд! И тут же вздыхала, что скоро Скворцов выходит на работу, и мы будем с ним встречаться только рано утром или вечером. В то же время, когда мама сказала, что на несколько дней ей придется поехать в командировку, я готова была побежать к ее начальнику и устроить скандал! А когда прощались с ней на вокзале, намочила ей всю блузку. Скворцов тоже ворчал на ее шефа и хмурился. Уныло вернулись домой.
— Вот нас и оставили одних.
Скворцов обнял меня за плечи и повел на кухню, которая видела все этапы нашего с ним знакомства. Сели за стол, уперлись в него локтями, посмотрели друг на друга. Вдруг он вскочил и принялся ходить по кухне. Особо в ней не расходишься: семь шагов туда, десять туда. Я смотрела на него, ничего не понимая.