Репнин слушал и думал про себя: что он хочет, что хочет от него этот человек? Но сразу заметил, что вряд ли сможет принять его приглашение, хотя очень любит Шотландию и знает ее, ибо был там сразу же по приезде в Англию. Он только что поселился в новой квартире, в Лондоне. Они с женой живут очень скромно. К тому же, жена собирается сейчас к тетке в Америку. Да и он не думает долго задерживаться в Лондоне. Жизнь здесь, в Лондоне, сложилась для них нелегко.
Ему это известно. Рассказывала родственница. Она знает всю их историю от графини Пановой. Впрочем, по его мнению, Репнин совершил немало ошибок. Вел себя так, словно он большевик, а не русский князь, все время рассчитывал на помощь — разных организаций, англичан. Это ошибочная позиция. Все эти организации медлительны, глупы, знай пишут и пишут, а сами недолговечны. Во всем мире никто никому не помогает. В жизни необходимо обрести друга, нужна помощь со стороны отдельного человека, потому что взаимопонимание возможно лишь между отдельными людьми.
Репнину, которому все эти слова казались неискренними, смешными, вдруг почему-то вспомнились вороны. В стае ворон, сказал он сэру Малькольму, существует взаимовыручка. Если одна из птиц попадает в беду — все, целая стая приходит на помощь. Приносят ей пищу, защищают, не оставляют одну. Под Арнемом один английский офицер обещал своему солдату, раненому, вернуться за ним через канал в резиновой лодке и не вернулся.
Вполне вероятно. Люди не вороны. Происходят от змей, а змеи живут согласно инстинкту. Форель в Шотландии это хорошо усвоила. Косули, живущие по соседству с его домом, знают его руку. Знают, когда у него в руках пища для них, а когда ружье. Они видят на огромном расстоянии. У них прекрасные глаза — как у Юноны (сэр Малькольм произносил Джуноу). Короче, он хочет ему сказать следующее: шотландцы в Европе играют — играли — ту же самую роль, имели такую же судьбу, как и русские — хотя, конечно, существуют различия между великими народами, многочисленными и малыми народами, малочисленными. Русские сейчас расселились по всему свету. А шотландцы таким образом живут на протяжении веков. Отсюда и его симпатии к русским. И вовсе не следует думать, будто все шотландцы — как это случилось в его роду — солдаты, кровожадные и жалкие. Есть среди них и истинные христиане, такие как в России. Это — квакеры. Это, в частности, было причиной его поездки в Россию. Но, конечно, сыграли роль и русские женщины, и красивая русская песня, добавил он по-русски. Англия же — дикий остров. Англия — дикий остров, повторил уже по-русски. Русские слова Парк произносил хорошо. Он вдруг перешел на русский язык и впервые за все время беседы улыбнулся.
Репнина поразило хорошее русское произношение сэра Малькольма и его велеречивость, но тем не менее он слушал посмеиваясь. Шотландия — бедная страна. Поэтому шотландцы охотно переселялись в бескрайнюю Россию. Мы хорошо знаем вашу страну. Он, Парк, во всяком случае хочет помочь Репнину. Он познакомит его со своей родственницей, держащей породистых лошадей. Рысаков. Найдется занятие и для него. Не должен же князь до смерти сидеть в этом подвале. Сможет много путешествовать. Шотландцев полно повсюду. Своих людей, не чужаков — этого страшнейшего в жизни несчастья. На бегах, например, где ни случись, он вечно как дома.
Репнин понял, что сэр Малькольм от него хочет. Этот план показался ему до того наглым и одновременно смешным, что он даже развеселился. Он отвечал иронически, с улыбкой, так, словно этот огромный шотландец предлагал ему свою жену или звезды на небе. Он пытался объяснить, что в нем, русском эмигранте в Лондоне, как бы борются два существа — которых в шутку, про себя он окрестил Джимом и Джоном. Джим внушает ему, что он несчастный нищий на чужбине и кончит свою жизнь в сточной канаве. Что человек может быть счастлив только на родине. А то, что произошло с русскими, страшнее нашествия монголов и монгольского рабства. По всему миру бывшие русские офицеры вынуждены работать судомойками, продавать газеты, мести улицы, торговать коврами и овощами. А Джон кричит ему в уши, что русскому эмигранту нечего стыдиться. Русские эмигранты создали мировую школу балета, они поют в Париже и в Америке, в оперных театрах. Они даже учат англичан понимать Шекспира. А нищие, старые, косматые русские профессора заполнили со своими книгами на чужбине кафедры университетов, как некогда греки после падения Константинополя. Джон внушает, что он должен чувствовать себя апостолом, но, к сожалению, Репнин — офицер, потомок князя Репнина, вступившего некогда со своими казаками в Париж. Вот так. Джим кричит: надо стыдиться того, что дети их вынуждены будут служить на чужбине. Изменят свои имена. Уже не будут знать родного языка. Станут французами, американцами, англичанами, немцами, итальянцами, полукровками Что их продают, как некогда продавали рабов. Они уже превратились в навоз, в удобрение неплодородных земель. Ну, и кто из них прав: Джим или Джон? Что же с ним случилось, счастье или беда?