Несмотря на возражения, Парк распорядился, чтобы Репнина отвезли домой на его машине. Распрощался он с ним, вопреки ожиданию, очень любезно.
Очутившись у своего дома, Репнин вышел из машины и, погруженный в размышления, медленно стал отпирать дверь. Сердце стучало так, будто в нем поселилась певунья птичка. Он решил отказаться от любой службы у шотландца и от приглашений на уик-энды в Ричмонде. Ему все это казалось до крайней степени странным.
Но в тот же самый день он получил письмо, точнее, целую пачку писем от адвоката сэра Малькольма. Кипы бумаг. Описание и фотографии судна, предназначенного для постоянных рейсов на линии Лондон — Ленинград. Технические данные корабля, перечень обязанностей бухгалтерии. Валютная система. Указания по валютным операциям. Список портов следования в том и другом направлении. А в отдельном пакете анкеты, которые он должен был заполнить лично.
Ему предназначалось место помощника (следовательно, он таки помощник) бухгалтера на судне. К анкетам были приложены фотографии предназначавшихся для бухгалтерии кают. А в сопроводительном письме сообщалось, что октябрь он проведет в Шотландии. Следует пройти программу некоего курса и в конце его сдать экзамен. Жить они будут в замке. Предусмотрены и развлечения. Форель. Народные танцы. Одну неделю весь экипаж проведет вместе.
Затем, во второй половине дня к нему пожаловали двое молодых людей, секретари, которых он видел в канцелярии огромного шотландца. Они приехали на машине. Пригласили его посетить судно, которое восстановит регулярную связь с Ленинградом. Которое представляло почти нераздельную собственность сэра Малькольма. Судно уже было приведено в лондонские доки. Стояло на якоре в Гринвиче, недалеко от того дома, где некогда жил Петр Первый и откуда каждый день как простой рабочий шел на судоверфи. Корабль был весь белый и походил на прекрасный фрегат. На палубе и под ней сновали рабочие и что-то доделывали. Репнин проходил мимо них, мимо лебедок и разных приспособлений, словно миллионер, для которого готовят роскошную яхту, очень современную. Чтобы не мешать рабочим, ему посоветовали осмотреть лишь помещение, предназначенное для кассира и бухгалтерии. Оно было небольшим, но устроено со вкусом. На стенах развешаны фотографии Ленинграда, их здесь было так много, что Репнину показалось, будто он шагает по той книге, которую перед отъездом оставил ему граф Андрей. Когда они уже покидали корабль, Репнин услышал, как на судне заработали огромные моторы. Корабль легонько вздрагивал.
На борту корабля металлическими буквами было начертано его имя: Baltic Exchange.
Молодые люди отвезли его домой. Они вели себя крайне учтиво. Но расстались с ним довольно холодно. Сообщили, что в конце октября должен состояться пробный рейс. Они, мол, слышали, что и Репнин получит приглашение.
На следующий день Репнина позвали к сэру Малькольму снова. Просили явиться в одиннадцать, без опоздания. Дело срочное.
Ровно в одиннадцать Репнин снова вошел в канцелярию сэра Малькольма и был тотчас же проведен в библиотеку, где увидел в окно церковь святого Павла, на этот раз залитую лучами солнца. Парк встретил его весело.
Он надеется, что судно Репнину понравилось. Но оно понравится ему еще больше, когда он увидит его на ходу, в пробном рейсе. Скорость и мощь моторов, как у военных кораблей. А Парк рад будет встретиться с Репниным в Шотландии. В Шотландии он проведет целый месяц.
Парк разговаривал еще более любезно, чем накануне. Очень, мол, сожалеет, что им не удастся нынче побеседовать подольше. Репнин, конечно, получил анкеты, которые надо заполнить собственноручно. Хотелось бы получить их от него уже завтра. Этот месяц в Шотландии, который члены экипажа проведут вместе, будет очень веселым.
Репнин заметно порывался что-то сказать.
Наконец, словно чувствуя какую-то свою вину и явно желая избежать ссоры, он заявил, что не хочет, не может принять это предложение — он чувствует себя неспособным исполнять обязанности помощника бухгалтера на судне.