- Константин, - представился я.
- Костя, вы не могли бы приехать ко мне? У меня замечательный кофе и много-много всяких сладостей, – она на миг замолчала, и мне показалось, что она пропала совсем.
- Ирина, вы здесь?
- Да, - тихо ответила она. – Я вообще-то сразу не приглашаю мужчин к себе, но я не могу оставить сына одного. Уже поздно, да и ему в школу с утра.
- Ирина, я знаю дом, где вы живёте, но не знаю квартиры.
- Квартира сто сорок восемь.
- Я постараюсь приехать быстро.
- Буду ждать.
Я вскочил, как ненормальный. Мне безумно хотелось увидеть её, познакомиться с ней, узнать, как они живут. Может быть, Женя ещё не спал и я бы мог пообщаться с ним.
Я бросился к шкафу, чтобы переодеться. Через пять минут я походил на боле менее приличного человека, если не считать чуть помятой щеки, которую я отлежал, пока дремал. Схватив ключи, страховку и кошелёк я выпрыгнул из квартиры и быстро спустился по лестнице вниз, так как жил на втором этаже.
26 июня 2010 года
Мы неслись на лошадях по огромному, залитому лунным светом полю. Неслись куда-то от бессмысленного дома, в котором мне стало душно, тягостно, почти смертельно отвратительно.
На свободу, верхом!
Рядом была та, которую я вспомнил, которую я люблю. Я был готов на всё ради неё. Она улыбалась мне, смеялась, протягивала руку на скаку. Я улыбался ей, придерживая чёрную, неизвестно откуда взявшуюся шляпу на голове, но нервозность, появившаяся словно из неоткуда, выдавала моё настроение. Я посмотрел вперёд и увидел, наконец, вдалеке небольшой дом, с крышей, выкрашенной в нежно-голубой цвет. Если бы сейчас был день и светило солнце, то эту странную крышу поглотил бы небосвод, так её оттенок совпадал с чистой лазурью ясного неба.
- Смотри, дом! – прокричал я и указал рукою вдаль.
- Вижу, - прокричала Роза, но сама была спокойна и нетороплива. – Тпруу.
Я остановил своего коня чуть поодаль от коня Розы. Развернулся и вопросительно взглянул на неё.
- Почему ты остановилась? Разве ты не хочешь познакомиться с теми, кто там обитает?
- Надо вернуться.
- Я не хочу. Мне там плохо... А этот дом... Он такой красивый. Там наверняка живут замечательные люди.
- Они стали странными, когда получили покой.
- Покой?
- Только его они и заслужили.
- Мне это всё чертовски надоело, Роза! – нервно произнёс я, пытаясь справиться с раздражительностью. – Я заслужил немного свободы здесь, если уж я не могу вернуться туда, откуда ты меня вытащила.
- Ты же знаешь, зачем ты здесь.
- Ничего я не знаю! Мне с чего-то стало совсем паршиво, хочется просить у тебя прощения, а за что и сам не знаю. Что я тебе сделал? Просвети!
- Не переживай, ты всё поймёшь. У нас ещё есть время.
- Нет у нас времени! Скажи ты мне всё прямо, и тогда всё закончится!
- Не закончится, - она помотала головой и натянуто улыбнулась.
- Моя вина перед тобой такая тяжкая, что я должен искупить её? Чем? Смертью?
- Оставим смерть, хотя она творит чудеса и меняет людей радикально.
- Вот как? А если я найду здесь другой дом и захочу остаться жить?
- Это решать не тебе.
Роза изящно спрыгнула с седла, подошла к своему коню и ласково погладила морду этого красавца.
- Значит, я всё-таки умер, - произнёс я в отчаянии, и мне показалось, что глаза мои заволокло слезами, что было для меня запредельным.
- Это просто мания какая-то. Что ты всё о смерти, да о смерти? Надо просто вернуться.
Я тоже спрыгнул на землю и подошёл ближе к Розе.
- Не знаю, правильный ли я задаю вопрос, но... Ты меня любила? Ты дала мне почувствовать себя, дала мне – мои чувства, а твоей боли я так и не узнал. А её наверняка предостаточно, если я, сам того не понимая, хочу просить у тебя прощения? Я ведь за этим здесь? Объясни.
- Жила такая странная дама, она не меняла свой гардероб несколько лет. Шкаф её был полупустой; ей почему-то было очень жалко денег на новые наряды. А потом, вдруг что-то на неё нашло, и она принялась наряжаться и скупать вещи разных фасонов и стилей, дорогие и не очень. И у неё их стало так много, что места в стареньком шкафу совсем не осталось. Когда она попыталась впихнуть в него очередную порцию нарядов, он взял да и развалился. И шкафа нет, и одежда стала валяться в совершенном беспорядке. Ей бы шкаф новый купить, но она уже не могла остановиться и продолжала скупать одежду. Теперь ей было жалко денег уже на новый шкаф.