А вот и кони, что исчезли, когда мы решили посетить с Розой вечный дом с голубой крышей. Эти красавцы медленно подошли к нам; конь Розы склонил одно колено перед ней, чтобы она смогла взобраться на него.
- Ну, вы с нами? – поинтересовалась Роза, усаживаясь в седле. – Луна ещё яркая и мы могли бы нескучно провести время.
- А когда придёт посланник? – пробасил мужчина и, прихрамывая, подошёл к своей подруге.
- Я думаю, это случится очень скоро, – Роза снова улыбнулась и изящно выставила на обозрение босую ножку.
Позади нас послышалось ржание и глухой стук топота копыт. Мы вчетвером обернулись и увидели ещё двух лошадей рыжей масти, при сёдлах и вполне себе объезженных, так как они, сделав круг, остановились возле девушки и мужчины, как возле любимых хозяев.
- Ты моя хорошая, моя Джали, – прошептала девушка, поглаживая морду лошади.
Я тут же отреагировал, как только услышал эту кличку, правда, носило его, по моей памяти, совсем не это животное. Понять, кто эти двое сейчас мне не составило труда. Я усмехнулся и ещё раз взглянул на мужчину. И всё равно он не был ужасен, он не был безобразен и, скорее всего, почти все его прошлые уродства были приобретёнными, а не наследственными. Теперь понятно, почему они здесь вдвоём; здесь острее и ярче чувствуешь «твоё» без скидок на эстетику. Не будь так, то Дороти-Роза предстала бы передо мной в том виде, как я её создал и описал.
Девушка, имя которой теперь не было для меня тайной, легко заскочила в седло и взяла поводья. Она была очень миленькой, тоненькой, в её взгляде совсем не было страстности, присущей девицам с огненным сердцем, скорее наоборот, он излучал детскость и наивность. Мужчина же, чьё имя так же теперь стало мне известно, довольно долго возился возле своего коня, но когда сумел справиться, то в седле сидел довольно уверено, хоть и косо, так как прямо сидеть ему мешал еле заметный горб.
- Ну, а ты почему не спешишь? – обратилась Роза ко мне и взглядом показала на седло, что красовалось на моём коне.
Бросив взор на луну, что начала чуть блекнуть, я поставил ногу в стремя и тут же оказался в седле, успев первым слегка ударить по бокам своего коня.
Мы неслись по полю, оставляя за собой след серебряной пыли.
- Роза, мы найдём наш дом? – моё сердце заходилось от предвкушения нового поворота событий, что так стремительно стали развиваться.
- Не спеши. Это ещё не наш дом, он только мой, – прокричала Роза, несясь почти вплотную со мной.
- А вы где живёте? – обратился я к девушке. – У вас тоже есть свой вечный дом? Только не говорите, что это Монфокон.
- Конечно, нет, – прокричала девушка. – И мы его заслужили.
- Значит, вы влюблены? – спросил я, уже точно зная ответ.
- Очень.
- Но как? Как это произошло? Ведь этого не было задумано. Не было?
- Я узнала о любви, о настоящей любви, только здесь, хоть и погибла именно из-за неё. Но к другому. Нам надо было погибнуть, чтобы всё случилось так, как случилось здесь. Вы понимаете? Он нас не щадил и я ему за это благодарна.
- Да… – мне стоило труда произнести эти слова, – я не могу поверить, что это вы, – ответил я и снова повернул голову, чтобы посмотреть на этих двоих, сопоставляя свои домыслы и предположения.
- Очень может быть, – улыбчиво ответила девушка. – Ведь вы вспомнили её, значит, примерно догадываетесь, как можете оказаться с нею здесь.
- Догадываюсь.
Наконец, показался дом Розы, но он был совсем другим. Когда я только вошёл в него, он был меньше, другого цвета и вокруг не было столько деревьев. Деревья оказались очень красивыми, какими-то сказочными, с серебряными переливами листвы. Мне показалось, что это клён. Возле крыльца красовались высоченные подсолнухи, которых тоже не было изначально. Но уже не было ни английского сада, ни маленького окошка ателье, окна исчезли вообще и сам дом стал выше.
Мы остановились возле колодца, которого я тоже не помню. Спрыгнув, мы отпустили коней, и подошли к крыльцу.
- Мне придётся готовить, – Роза виновато улыбнулась. – Корзинку с едой мы оставили возле деревьев.
- Ничего не надо готовить, – ответил мужчина. – Здесь яблони, мы с моей изумрудной госпожой будем есть яблоки.