- И где ты с ним познакомился?
- Три месяца назад в библиотеке.
- Опиши его, пожалуйста.
- Зачем?
- Просто интересно, как выглядят ангелы, – я старался вести себя так, чтобы не напугать пацана, хотя его, мне показалось, трудно испугать.
- Он был в свитере, чёрных брюках, у него чёрные волосы и он очень красивый. Как какой-нибудь голливудский актёр. Глаза добрые и он улыбался. Мне он понравился очень. У него на свитере была эмблема с кинжалом на фоне луны и розы.
- Розы?
- Я, почему запомнил, – Женя утёр по-детски нос, – луна светилась. Знаете, такие есть световые отражатели на портфелях у детей? Вот у него она так же светилась.
- И о чём вы говорили?
- Ну, он сказал, что давно наблюдает за мной, так как я часто хожу в библиотеку и он рад, что я не сижу за компьютером.
- И всё?
- Нет, он сказал, чтобы я продолжал писать, так как у меня многое очень скоро начнёт получаться.
- Ты ему показывал свои черновики?
- Нет, просто он наблюдал за мной и видел, что я постоянно пишу.
- И часто вы виделись?
- Он говорил, что наблюдал за мной давно, но разговаривали мы только пару раз в библиотеке.
- И что потом?
- А потом я выкинул старые черновики и начал новые.
- И эти, – я показал на кипу листов, – как раз те самые новые?
- Да. После встречи с ним у меня действительно стало что-то получаться. Теперь я точно знаю, что каждый писатель должен найти свою луну и розу. Но как их найти, я не знаю.
- А с чего ты взял, что тебе надо их найти?
- Так он мне сказал.
- А он не сказал, зачем их надо найти?
- Нет.
Женя вздохнул и опять утёр нос. Значит, моя встреча с Женей была не случайна, значит, я не просто так заблудился в городе, в котором прожил семь лет. Что ж он делает и для чего? Для чего таким изуверским способом он свёл нас, через травму Алины. Она же невинное создание. Из секундных раздумий меня вытащил голос Жени.
- Как же хорошо, что вы согласились мне помочь.
- Значит, ты хочешь стать писателем?
- Да, очень. Мне кажется, я больше ничего и не научусь делать. Из меня получится плохой учитель, повар или строитель.
- Строитель, который умеет красиво и увлекательно писать или говорить, я думаю, куда интереснее, чем писатель, который не может поменять колесо у собственной машины или поклеить обои.
- Чтобы поменять колесо, есть автомеханик, а поклеить обои – отделочник.
- Это верно, но образование лишним не бывает. Чехов и Булгаков были врачами, Гайдар в шестнадцать командовал полком, а Кинг вообще какое-то время был дворником.
- А просто быть писателем – никак?
- Можно, конечно, и просто писателем, но это не профессия.
Мы разошлись через пятнадцать минут довольные друг другом: Женя был рад, что я согласился прочитать его рассказы, а я, что подарил пареньку надежду. Как же не хотелось, чтобы Принц испортил ему жизнь, втянул его в свою игру, сломал, а потом так же, как и мне и Буркову, ставил условия. Если Женя талантлив от Бога, это его убережёт от многих проблем при встрече с Принцем, если же его таланты дар Принца, то я не завидую мальчишке.
«Ну, зачем ты так? Я никого ломать не собираюсь».
Я оглянулся, но никого не увидел. Голос был слишком отчётливым и ясным, чтобы посчитать его галлюцинацией. На мгновение стало страшно. Я подошёл к машине, открыл её и бросил на соседнее сиденье черновики. Ещё раз обернувшись, я увидел только двух девушек, проходящих мимо, но они слушали музыку в наушниках и не обращали на меня никакого внимания. Оглядевшись вокруг ещё раз, я присел за руль и выдохнул.
«Ты думаешь, что я враг тому, кого выбрал? Он замечательный и очень талантливый. Тебе замена достойная. Вы, кстати, очень похожи. Не находишь? Ты же тоже стал рано писать и тоже много читал. Я тебя хорошо запомнил».
- Вы, Принц, так и будете сидеть в моей голове? Может, покажетесь?
- Это пока ни к чему, Константин. Я же знаю, что ты запутался с любимой женщиной и тебе не до меня.
- Вы обещали мне Розу.