Остановившись возле ее комнаты, испытываю искушение проскользнуть внутрь. Интересно, что она предпримет, если я это сделаю?
Будет ли кричать? Или умолять меня остаться?
Моя рука лежит на прохладном металле дверной ручки.
Я не люблю брать то, что мне не предлагают. Но она сводит меня с ума.
Мне нужен холодный душ.
Сняв пиджак, я перекидываю его через руку и начинаю расстегивать рубашку.
Уже собираюсь толкнуть дверь в свою спальню, как меня останавливает странный звук.
Одним пальцем касаюсь двери, и она легко распахивается.
Это зрелище заставляет меня замереть.
Она.
Почему она в моей постели?
Мне все равно. Она голая. И стонет.
Колени раздвинуты, а рука работает между бедер.
Иисус.
Мой член мгновенно превращается в сталь, когда она вводит в себя фиолетовый фаллоимитатор, щипая соски, которые, как я знал, будут идеальными.
— Похоже, моя жена наконец-то решила присоединиться ко мне в постели? — я ущипнул себя за конец члена, чтобы не кончить в штаны.
Я думал о ней несколько дней. Возможно, мое терпение оправдалось.
Ее глаза распахиваются, а взгляд фокусируется на мне.
— О! Я не думала, что ты будешь дома...
— Не останавливайся из-за меня, — бросаю пиджак на кресло и подхожу достаточно близко, чтобы опереться на изножье кровати. — Пожалуйста. Продолжай.
Она опирается на локти, держа в руке скользкую игрушку. Ее щеки покраснели.
— Мне... мне очень жаль.
— Ты кончила? Кончила на мою кровать? — слова грубые от сдержанности. Мне требуется все, чтобы не погрузить свой рот в ее сладкую пизду и не кончить в нее самому.
Светлые волосы падают на грудь, и она качает головой.
— Тогда сделай это. Я не буду трогать. Но хочу посмотреть. Чтобы мне приснилось, как ты разбиваешься о мою подушку, — поднимаю руки, не скрывая свой стояк.
Она смотрит на мою промежность, и от этого у меня пульсируют яйца.
Стиснув зубы, я сажусь в кресло, где лежит мой пиджак.
— Давай. Потри для меня эти розовые соски.
Она кусает губу.
Я вижу тот самый момент, когда она сдается.
Хочется закричать от победы, видя, как она расслабляется.
— Вот так? — одна рука проходит по груди и рисует маленький круг вокруг тугого бутона.
— Да. Теперь ниже, — мои ногти впиваются в мягкую кожу. Я выиграл этот раунд, и не хочу спугнуть ее.
Костяшками пальцев, она проводит по гладкому животу, отчего по нему бегут мурашки. Чего бы я только не отдал, чтобы облизать и попробовать каждый пальчик, прежде чем они исчезнут в ее киске.
— Хорошая девочка, — мой голос хриплый от нужды.
Ее крошечный вздох —- уже сама по себе награда.
— Ниже, — наблюдая за ней, я чувствую, как нарастает давление в моем паху.
Осторожно она вводит два пальца в свою влажную щель. Прикосновение к клитору вызывает у нее спазмы.
— Вот так, детка, продолжай.
Каждое движение руки словно вплетено в мой член, который дергается в такт ее движениям.
Я слышу, как она задыхается. Стоны становятся все громче, и я почти чувствую, как по мне пробегает жар.
Пятки упираются в матрас, когда она с усилием трется о свою ладонь.
— Вставь этот резиновый член, lastochka. Скачи на нем, как будто это я тебя трахаю.
Она поворачивает голову, чтобы видеть меня.
Шоколадные глаза притягиваются к моим, пока игрушка медленно проникает длинными толчками.
— Так?
Эта женщина. Я не могу решить, рай это или ад.
— Да, жена. Не спеши, потом по моей команде делай быстро и глубоко.
Ее рот складывается в букву «О», когда она повинуется.
— Быстрее, — от сжатия кулаков болят руки, но мне нужно отвлечься.
Она просто чертовски красива.
Вводя игрушку в свою киску, она поднимает попку навстречу каждому толчку.
Я вижу, как напрягается ее живот.
— Покрути клитор еще раз, — у меня сводит яйца, когда она кричит.
Ее пальцы на ногах сгибаются, пока тело не выгибается, застыв в кульминации, от которой у нее текут слезы.
Мой собственный таз поддается, содрогаясь, и я кончаю в свои боксеры. Мне даже не пришлось прикасаться к себе.
Она падает, обессиленная, прикрывая лицо одной рукой.
— Боже мой, — стонет она.
Я боюсь двигаться. Знаю, что устроил беспорядок, но не хочу испортить этот подарок, который она мне сделала.
Когда чувствую, что по бедру стекает сперма, я сдаюсь и встаю.
— Тебе понравилось? Ты даже не представляешь, сколько всего я мог бы тебе показать, если бы ты позволила, — не даю ей шанса ответить, и иду в ванную, чтобы привести себя в порядок.
Я уже закончил, когда услышал звонок своего телефона из кармана пиджака, все еще лежащим на лучшем кресле в доме.
Не могу поверить, что я это сделала.
Но, возможно, рада.
Какой еще способ показать свой интерес может быть лучше, чем позволить ему застать меня голой в его постели?
Я никогда в жизни не кончала так сильно. Почему мне было так жарко, когда он сидел и говорил, что делать?
Думаю, он наслаждался шоу. Его кулаки были сжаты настолько, что казалось сломает их.
И когда он давал наставления, мой разум был свободен.
Но теперь стыд настиг меня.
Пока он в ванной, накидываю халат и уже собираюсь выйти из его комнаты, когда звонит телефон.