В общем, предложение Макса было принято. Договорились прямо с утра
произвести все подключения.
-- А сейчас идите по домам,-- сказал Притт,-- я задержусь и подготовлю
Барнета.
Барнет встретил его возгласом:
-- Ну, что я говорил! Изучив все варианты, я не нашел возможности
алгоритмировать ни одной группы колебаний...
Притт не слушал дальше: есть ли разум в созвездии Лебедя или нет его --
это сейчас было ему все равно. Тревога перед завтрашним днем росла в его
душе. Он вспоминал тот разговор с Боссом насчет оседлания интеллекта и все
отчетливее сознавал, что не удастся ему удовлетворить завтрашнего визитера
фокусом, который они задумали только что. Вот почему и милейший мистер Майкл
так быстро покинул лабораторию -- буквально улизнул, чтобы не вступать в
объяснения весьма щекотливого свойства: зачем это ему? Ведь, в конце концов,
научную работу ведет не он, директор Научного центра, а Притт. Пусть Притт и
думает. И Притт думал. Думал о том, что придется пускать в ход новый
генератор. "Это пострашнее человека-машины! -- мрачно усмехнулся он.-- За
один только такой эксперимент уже можно отправлять в газовую камеру"...
"Генератор эмоций", а сокращенно -- "ГЭМ", как назвал его автор,
являлся логичным завершением работ, начатых еще покойным Миллсом. Его
талантливый ученик и последователь сделал следующий шаг по пути овладения
мозгом человека -- от воздействия на внешние рецепторы к воздействию на
эмоциональные центры нервной системы. Еще Миллс утверждал, что личность --
это определенный и неповторимый комплекс эмоций. Любой человек отличается от
другого именно пропорцией ингредиентов в этом сложном комплексе. Так что
личность можно выразить математически, если установить систему потенциалов
каждой эмоции. Притт видел в этом величайшее благо для человеческого
общества. Выработав математическое значение для объективного определения
каждой личности, с помощью ЭВМ можно рассчитать закон наиболее
благоприятного сочетания различных типов личностей в коллек- тиве. Собранный
по такому закону коллектив будет отличаться необычной устойчивостью,
прочностью связей индивидов, а в конечном итоге -- высочайшей
производительностью труда. Но этим пусть займутся другие. Он считал новую
идею ответвлением от линии, по которой шел сам. А от влекаться в сторону
Притт не имел ни времени, ни сил.
Поэтому он двинулся дальше, использовав другой вывод, прямо вытекавший
из его открытия: личность можно изменить до неузнаваемости. Например, из
садиста сделать добряка или зануду превратить в обаятельного человека. С
таким же успехом -- можно и наоборот... Конечно, личность формируется под
длительным воздействием внешней среды, но "ГЭМ" ускорит процесс воспитания в
сотни раз, изменив характер человека.
Этот сложнейший аппарат -- чудо бионики -- являлся приставкой к
биотрону, детищу профессора Миллса. И хотя Притт со своими помощниками за
эти годы не раз модернизировали его, все же в своей основной схеме биотрон
остался миллсовским. "ГЭМ" оказался первой серьезной "надстройкой" над этим
прочным, добротным "зданием".
Тревога Притта вытекала из предчувствия, что придется пустить генератор
"в обратную сторону" -- не на улучшение личности. И предчувствие оказалось
истинным. Босс, на которого хотя и произвела впечатление работа Человека Без
Оболочки -- он даже рассчитал почти мгновенно курс акций на фондовой бирже,
который окажется на третий день, если корпорация объявит о продаже своих
урановых копей на Луне в районе моря Дождей, -- однако остался не
удовлетворен.
-- Вы понимаете, Притт, нам не то нужно,-- сказал он, когда они
закрылись в кабинете руководителя лаборатории. -- Ну, зачем вся эта ваша
хитрая установка, когда мы могли бы нанять живого, настоящего профессора!
Это нам обошлось бы намного дешевле. Я еще раз подчеркиваю вашу задачу: вы
должны изготовить умную, быстродействующую машину, отличающуюся от подобных
технических моделей материалом, из которого она сделана. А главным же
образом ее отличие от всех других механизмов, и ее основное достоинство
перед всеми другими должно состоять в том, что эта машина -- корыстна. Вы
меня поняли? Она должна выполнять свою работу заинтересованно -- и только в
этом будет ее сходство с человеком! Машина должна хотеть. Чего хотеть --