В наступившей тишине резко звякнул телефон. Все вздрогнули и с
неприязнью повернули головы к столику в углу. Макс снял трубку. "Вас, --
сказал он Притту и, прикрыв рукой микрофон, пояснил: -- Лансдейл".
-- Поздравляю, доктор! -- голос шефа охранки звучал слишком бодро. --
Можете полюбоваться на плоды своего либерализма. Читайте газеты! Я послал их
вам. Хэлло! -- он положил трубку.
Ни слова не говоря, Притт направился к шкафу пневматической связи и
вынул из ящика сверток. С первой полосы "Ридерса" на него глядело с портрета
его же лицо, а сверху чернели крупные буквы: "Тайна доктора Притта". А ниже
-- "Мертв ли профессор Барнет?". "Глоб энд тайм" кричала фиолетовыми
литерами: "Сенсация века! Рассказ очевидца". "Чикаго ньюс" поместила
портреты всех четырех ученых и тоже крупно сообщила: "Они умеют из человека
делать счетную машину". Только старая респектабельная "Нью-Йорк таймс" осто-
рожничала: "Чудовищные эксперименты. Неужели это правда?.."
Он бегло просмотрел немногословные тексты сообщений. На разные лады
подавалась одна и та же история, как профессор Барнет, доставленный после
дорожной катастрофы в лабораторию Притта, подвергся вивисекции. Пользуясь
беспомощным состоянием пострадавшего, обманув его жену, злодеи в белых
халатах извлекли мозг у своей жертвы, а тело похоронили. Над живым мозгом
проделывают всевозможные эксперименты, заставляют его работать как
вычислительную машину. В заключение все авторы газетных статей призывали
власти "положить конец преступной деятельности..."
Его охватил страх. И хотя он уже давно был готов к этому, все же
действительность оказывалась куда более грозной, чем он мог себе представить
мысленно. Опять стало нехорошо, во рту появилась горечь, похолодели и стали
липкими ладони. Из этого состояния его вывело появление Макса, пришедшего
звать к телефону. Он сделал усилие над собой, сунул газеты Максу и
направился к аппарату.
Звонил мистер Майкл. Он передал указание Босса, никому не выходить за
пределы лаборатории.
-- Начинается осадное положение, -- невесело сказал он. -- С неделю,
думаю, вам придется посидеть взаперти. К вечеру будет оборудована спальная
комната.
Все, что надо доставить из дому, вам принесут, -- скажете дежурному
охраннику. Городские телефоны отключаются: так мы убережем вас, коллега, от
газетных и телевизионных дьяволов. Для связи остается только "тет" в вашем
кабинете, пусть там кто-нибудь находится постоянно. Придется, конечно,
позаботиться и о вашем питании. Ну, что еще? Да, ни в коем случае не давать
никому интервью! Это -- приказание Босса, слышали? Корпорация принимает
ответные меры. Уверен, все обойдется. Босс заминал и не такие дела... Как
новичок, не вышел на связь?.. Это плохо. Постарайтесь, дорогой коллега,
порадовать нашего шефа...
-- Сурен, тебе придется отправиться в Теритаун, -- сказал, отбрасывая
последнюю прочитанную газету, О'Малей. -- Как видишь, ни одному газетчику не
удалось добраться до наших знакомых. Самого главного, чего ждет нетерпеливая
публика, так и нет. Я имею в виду интервью с учеными. Вдова отрицает все
начисто -- они ей хорошо заплатили! -- даже грозится привлечь за клевету...
В общем, шум хотя и большой, а у юстиции нет оснований для возбуждения дела.
-- А почему бы и в самом деле не произвести эксгумацию, как требует
"Чикаго сан"?
-- Ого, милый мой! Для этого необходимо согласие вдовы или же
специальное судебное решение. А я же только что сказал: у юстиции фактов
маловато. Вот в чем дело, дорогой. Потому-то придется ехать тебе и прямо
сейчас, -- О'Малей начал излагать своему подчиненному план "взятия
крепости", который созрел у него в голове после того, как, внимательно
изучая прессу, он убедился, что колесо могучей газетной махины
пробуксовывает на месте, и если не подсыпать сейчас песочка, то и вовсе
станет.
-- Осторожно, не возбуждая ничьего любопытства, ты должен раздобыть в
мэрии план подземных коммуникаций города и переснять его. Особенно нас
интересуют детальные данные о коммуникациях в районе лаборатории Притта и
прилегающих к ней кварталов. Мы должны найти достаточно широкий туннель, по
которому любой из нас мог бы проникнуть прямо в здание лаборатории.
-- Шон, ты -- голова!
-- Ладно... Специалисты полагают, что излучение подобного рода не
должно проникать под землю глубже, чем на полметра. Понял?