-- В мире, где правит Сатана, ангелы не в почете, друг мой! -- серьезно
ответил этот загадочный человек. -- Однако мы поговорим об этом как-нибудь в
другой раз.
-- А сейчас, друзья, -- короткий отдых после стольких треволнений.
Завтрак ожидает вас. Вы находитесь на ферме моего тестя. Хозяин просил
извинить его за отсутствие: дела! -- и он первым тронулся к дому.
Гости двинулись за ним. Притт в последний раз оглянулся на поле, где
они приземлились. Вертолет уже вкатили в "склад", из темного проема его
ворот выехал красный трактор, и ворота задвинулись. "Ничего себе, ферма, --
с тревогой подумал Притт, -- да тут настоящий аэродром!"
Внутри старый дом походил больше на приличный отель, нежели на жилище
фермера. И лишь столовая -- огромная комната, украшенная лепкой в стиле
барокко, где они собрались после купания, -- напоминала обеденную залу
колониста времен Гражданской войны.
Тревога за судьбу Барнета снова охватила их. Выждав приличную паузу за
чашкой бульона, гости вновь заговорили о нем.
-- Профессор, вы же знаете, что запас эликсира у него всего на двадцать
часов, -- убеждала Маргрэт. -- Надо скорее доставить Барнета сюда.
-- К сожалению, мисс Тойнби, на этой ферме не найдется ни эликсира, ни
возможности приготовить этот препарат.
-- Тогда мы должны немедленно лететь к нам... к вам... -- она
запнулась, и Альберт мрачно подсказал:
-- В преисподнюю.
Это слово по ассоциации вызвало у Макса в памяти обещание Маргрэт
вытащить из Теритауна его Кэт. "В преисподней она освободится от дурного
влияния Майи и ее дружков", -- с удовлетворением подумал тогда юноша. Сейчас
же эта мысль придала ему воодушевление.
-- А чего мы, собственно, выжидаем здесь? -- вдруг подал он свой голос.
-- Мы с Альбертом готовы немедленно приступить к работе в вашей мастерской,
мистер Вельзевул.
-- Весьма признателен вам, дорогой Макс, -- усмехнулся профессор. -- Мы
отправимся тотчас, как это станет безопасным для всех нас. Через несколько
часов все прояснится.
"Теперь ему наплевать на Барнета, -- с горечью подумал Притт, -- раз мы
все здесь, в его власти"...
Маргрэт, сидевшая рядом, почувствовала, как начинает закипать ее друг,
и, не поднимая головы, наступила ему на ногу под столом -- и вполне
своевременно: от неожиданности Притт растерял половину запаса злости,
который он хотел обрушить на голову их гостеприимного хозяина.
-- Меня поражает ваше равнодушие, коллега! -- начал он на полтона ниже,
чем собирался. -- Ведь там живой человек гибнет, мой близкий друг. А вы
ведете себя так, словно ему ничего не угрожает!
-- Умоляю вас, профессор, -- поддержала его Маргрэт, -- отпустите нас
за Барнетом. Потом делайте с нами что хотите. Мы вернемся, клянусь вам!
Она встала, пристально глядя в глаза Вельзевула. Тот выдержал ее
взгляд, отодвинул прибор, вытащил из-за воротника салфетку и вытер рот,
затем сложил аккуратно и спокойно сказал:
-- Прошу вас, мисс, сядьте, пожалуйста. -- И когда она послушалась,
продолжал: -- Я не собираюсь играть с вами в кошки-мышки. Условия, на
которых вы согласились начать всю эту операцию, остаются в силе. Не моя
вина, что ход операции внезапно изменился. Задача осталась прежней. Это, как
вы помните, -- вытащить вас из лап монополистов и, прямо скажем, спасти ваши
жизни. Спасти для человечества! -- Он чуть не выкрикнул последнюю фразу: --
И как хотите думайте обо мне, но ради одного Барнета я не рискну ни единым
волоском ваших бесценных голов!
-- Хорошо. Я верю, что вы поступаете так во исполнение своего долга.
Более того, согласен, что действия ваши логичны, а побуждения -- благородны.
И все же если вы хотите, чтобы мы вас и впредь уважали, оставьте нам право
распоряжаться своими головами. Так ли я говорю? -- Притт обвел взглядом
своих друзей, и они согласно кивнули.
-- Но, дорогой коллега, раз вы признаете логичность моих действий, то
будьте уж последовательны до конца. Я вас отпускаю. Вы попадаете в лапы
минитменам, или полиции, или еще кому-то -- мало ли у нас всяких мерзавцев!
И что же? Барнета вы все равно не спасете -- у вас нет ни литра эликсира. Но
вместо этого попадете на костер мракобесов! Они не простят вам ни
"излучателя смеха", ни опытов с живым мозгом человека, ни, наконец,
"циклона", о котором сегодня же начнет шуметь вся Америка... Ищейки
Лансдейла не бегут по вашим следам только благодаря решительным действиям