Шарлотта развернулась и стрелой бросилась в комнату. Она метнулась к прикроватной тумбочке, выдернула пистолет из верхнего ящика. Сняла его с предохранителя, поблагодарив Бога за то, что Ава усадила её и научила пользоваться оружием в тот день, когда притащила его домой.
— Это для нашей защиты, детка, — сказала она тогда серьёзным тоном на кухне, заставив Шарлотту раз за разом щёлкать предохранителем, пока Ава не убедилась, что в случае опасности Шарлотта сможет добраться до пушки и всадить пулю кому-нибудь в зад, если придётся.
Шарлотта развернулась к двери и закричала, когда в комнату вбежал один из мужчин. Вид того, как он несётся на неё, так её напугал, что она нажала на курок, не раздумывая, попав ему прямо между глаз. Он пошатнулся, но продолжил двигаться к ней, и тогда она нажала на курок ещё два раза, от каждого выстрела её уши звенели, а тело дёргалось от ужаса. Мужчина рухнул на пол перед ней, кровь растекалась по полу под ним.
Боже мой, я убила человека. Эта мысль выбила её из колеи. Она была добрым, не склонным к насилию человеком, и осознание того, что она только что отняла чью-то жизнь, потрясло её до глубины души. Крики из гостиной напомнили ей, что остальные мужчины и женщина всё ещё там.
Шарлотта подавила страх, понимая, что если они все ворвутся в комнату, то заберут её. Затаив дыхание, она быстро перешагнула через тело, едва сдержав вздох, когда её нога поскользнулась в лужице крови. Она тут же выровняла равновесие, подняла пистолет, направив его на дверь, и вышла вперёд, пока из-за дверного проёма не показалась гостиная. Теперь блондинка стояла точно по центру комнаты, мужчины расположились по обе стороны от неё. Она не выглядела злой. Скорее, ей было откровенно скучно.
Шарлотта держала пистолет, нацеленный на них, медленно выходя из комнаты:
— Не подходите. Только кто-нибудь двинется — и я выстрелю. Не шучу.
Пистолет дрожал в её руках, по телу поднималась волна страха.
Женщина снова наклонила голову, всматриваясь в Шарлотту:
— Нет, не выстрелишь, — сказала она и сделала шаг вперёд.
Шарлотта запаниковала, навела пистолет ей в голову и нажала на курок, зажмурившись и вздрогнув от звука выстрела. Медленно она открыла глаза… и увиденное повергло её в шок.
Таинственная женщина слегка улыбалась, держа руку перед собой, а её глаза светились тем же неестественным фиолетовым цветом, что и у Армароса, когда он использовал на ней магию.
Казалось, время остановилось. Между Шарлоттой и женщиной пуля просто висела в воздухе, неподвижная, застывшая в полёте.
Шарлотта подумала, что ей следовало остаться с ангелами, понимая, что она ничего не может сделать против кого-то с такой силой. Должно быть, она ведьма. Ну конечно, они тоже существуют. Собственно, почему бы и нет? — с раздражением подумала Шарлотта.
Какие ещё сверхъестественные существа существуют, о которых она не знает?
— Я бы не стала делать это снова. Ты же не захочешь меня разозлить, верно?
Она опустила руку, пуля бесполезно упала на пол и покатилась в сторону.
— А теперь давай попробуем ещё раз. Ты пойдёшь с нами и не станешь спорить, больше ни в кого стрелять или сопротивляться. Если сделаешь хоть что-то из этого, я заставлю тебя испытать ужасную боль, понятно?
Шарлотта беспомощно кивнула, её руки бессильно упали по бокам, и пистолет выпал на пол. Она чувствовала себя полностью сломленной, пока двое мужчин проходили мимо, поднимая сумки, которые она собрала для себя и Авы.
Внутри неё закрутилась злость, и это чувство удивило её. В третий раз за несколько дней её забирали против воли, в хрен знает какое место. Шарлотте смертельно надоела вся эта еботня. Люди похищают её, люди причиняют ей боль. Больше всего её злило то, что она так и не приблизилась к тому, чтобы найти Аву. Эта мысль только сильнее раздражала её, пока мужчины протискивались обратно мимо неё с багажом.
Но пытаться сопротивляться не было никакого смысла. Она пойдёт с ними, хочет она того или нет.
Роман придёт за мной, — прошептал её внутренний голос, когда ведьма направилась к ней.
— Будет больно всего секунду, — улыбнулась та, поднимая кинжал.
Господи, помоги мне.
Роман стоял посреди крошечной, разгромленной квартиры Шарлотты. Он кипел от злости и прекрасно знал, что его глаза светятся, но его это не волновало. Взгляд на разбитый журнальный столик, диван и прочие разгромленные вещи напоминал ему о том, что эти грязные демоны сделали с ней в ту ночь, когда впервые пришли сюда, избили её, а затем похитили.