Она рассказала ему, как Ава жила по соседству с жестоким отчимом и как её любимая бабушка забрала девочку к себе, подарив ей безопасный дом рядом с Шарлоттой. Потом — как их мир рухнул, когда бабушка умерла, и им пришлось жить изо дня в день, работая на нескольких работах только ради еды и крыши над головой. Затем она рассказала ему о Кейт, юной девушке, которую они с Авой фактически приняли как младшую сестру, и о том, как она переживает за неё и за малыша.
Разумеется, тот разговор закончился её слезами из-за пропавшей подруги и тревоги за Кейт, которой уже скоро рожать. Роман поклялся найти Аву и убедиться, что с ней всё в порядке. Он также пообещал всё продумать для Кейт и ребёнка, сказав, что обустроит дом поблизости и отправит кого-то из падших за ней, чтобы привезти её, помочь обосноваться и быть в безопасности, пока он целовал её слёзы, уверяя, что всё будет хорошо.
Ей нравилось, насколько он заботлив по отношению к ней, как хочет сделать мир безопасным для неё. И от этого Шарлотта ещё сильнее ненавидела себя за то, что лгала ему и планировала как-то уговорить одного из падших ангелов убить её.
Шарлотта не думала, что у неё хватит духу сделать это самой. Она была слишком труслива, когда дело касалось боли. Она даже толком не переносила, когда ушибала палец о что-нибудь. Слабачка, — выругала она себя. Почему она не могла быть достаточно сильной, чтобы просто сделать это самой? Так всё стало бы гораздо проще. Может, ей просто броситься с крыши или шагнуть под автобус. Эти депрессивные мысли лопнули её счастливый сексуальный пузырь, в котором она проснулась.
Живот Шарлотты громко заурчал, голод обрушился на неё со всей силы.
Вчера вечером Роман ускользнул всего на пару минут, чтобы сделать ей сэндвич, который потом с гордостью преподнёс ей, будто ради неё покорил весь мир. Она только ухмыльнулась и умяла его, не решившись признаться, что он был не таким вкусным, как у Григори. При одном воспоминании о сэндвиче у неё потекли слюнки. Нужно было что-нибудь поесть.
Двигаясь как можно медленнее, она осторожно выбралась из объятий Романа. Должно быть, он был вымотан, потому что ей удалось соскользнуть с постели, не заставив его даже шелохнуться.
Она замерла, с голодным восхищением оглядывая его великолепное загорелое тело. Он лежал, вытянувшись на всю длину кровати, словно спящий бог. Простыня сползла низко на его бёдра, а узкая полоска тёмно-русых волос исчезала под ней, скрывая её трофей.
Шарлотта заставила себя выйти из собственного похотливого транса. Так, соберись. Тебе нужна еда.
Как по команде, желудок снова возмущённо заурчал. Она ещё раз быстро окинула Романа взглядом, прикусив нижнюю губу в немом восхищении этой самой секс-машиной, а потом принялась искать свою одежду. Наглая улыбка тронула её губы, когда она вспомнила, как он вчера днём разорвал на ней штаны и толстовку.
Она обнаружила штаны на полу у изножья кровати, разорванные надвое.
Проклятье.
Потом заметила толстовку на полу у окна.
Шарлотта на цыпочках подкралась и подняла её. Тоже разорвана в клочья.
Чёрт, чёрт, чёрт. У неё не было одежды. И что ей теперь делать? Даже нижнего белья не осталось.
Она покосилась на комод Романа, бросив быстрый взгляд через плечо, чтобы убедиться, что он всё ещё спит, и медленно подкралась к нему, открывая тот самый ящик, в который он заглядывал, когда приносил ей вещи.
Джекпот. Она довольно ухмыльнулась, обнаружив аккуратно сложенные чёрные спортивные штаны и толстовки. Выхватила комплект и натянула его с рекордной скоростью, после чего тихонько прокралась к двери, наградив своего спящего воина напоследок ещё одним благодарным взглядом, и аккуратно прикрыла дверь за собой.
Шарлотта на цыпочках прошла по пустым коридорам дома. Пока она спускалась по лестнице, вокруг не слышалось ни малейшего шороха. Желудок уверенно вёл её прямо на просторную кухню.
Она рванула прямиком к кофемашине и минут пять разглядывала её, как инопланетянина с другой планеты, пытаясь понять, как вообще работают все эти кнопки.
Я просто хочу кофе, — надулась она.
Ещё минут через пять возни она поставила под носик кружку, и машина наконец ожила, начиная шуметь и фыркать.
Пока кофемашина занималась своими делами, Шарлотта открыла дверцы гладкого чёрного двухстворчатого холодильника и заулыбалась, как школьница, нашедшая тайный сундук с лакомствами.
Вот это мне повезло, — мысленно выдохнула она и тихонько пискнула от восторга, голодным взглядом пробегаясь по всему, что там было.