Бурная реакция на это сообщение последовала сразу же:
— Я говорил вам, что Лауренсону можно верить! Где ты будешь работать? На фабрике?
— Я собираюсь стать редактором. Редактировать книги. — И, когда вся семья ахнула, добавила: — В «Кинетик пресс». Одном из лучших издательств.
— Будь благословенен этот дом! — воскликнул дядя Юдах.
Покраснев, я предупредила:
— Ну, не совсем редактором. Пока нет. Я начинаю с секретарши, но в будущем…
— А как же еще! — одобрил дядя Юдах.
Моя мама откупорила бутылку дешевого вина, и все подняли бокалы за новоявленного редактора «Кинетик пресс».
* * *Я и правда начала с «самого низа», заменяя заболевших секретарш то в одном, то в другом отделе, но всегда в подразделении, непосредственно связанном с книгами. Работая, я старалась достичь двух целей: заставить моих начальников понять, что их новый сотрудник обладает исключительными способностями, и желанием как можно большему научиться от тех, кто работает рядом.
Постепенно многие сотрудники начали говорить:
— На эту новенькую можно положиться.
Одну неделю я заменяла заболевшую секретаршу в офисе мисс Кеннелли, где всегда толпился народ и на двери висела табличка «Отдел авторских прав». Ее обязанности напоминали древнее ремесло торговца вразнос, с той лишь разницей, что она оставалась в своей конторе, обзванивая всех, кому могли понадобиться права на публикацию или просто использование книг «Кинетик». Она продавала эти права журналам, книжным клубам, газетам, в общем, зарабатывала для «Кинетик» деньги, что и делало ее очень важной персоной.
В течение пяти дней, когда я ей помогала, я выслушивала бесконечные разговоры по телефону об одном романе, в котором языком XIX века была рассказана современная история о двух женщинах, мужчине и пятнадцатилетней девочке, захваченных водоворотом запутанных взаимоотношений. В шуме постоянных телефонных звонков, когда только одна мисс Кеннелли способна была сохранить хладнокровие, начались переговоры о репринтном издании этой же книги, которая, как оказалось, была очень удачной. Мисс Кеннелли в окружении представителей книжных клубов, не успевая отвечать на звонки, бросила мне:
— Задержите тех людей. Скажите им, что решение будет принято часам к пяти.
Я проскользнула в толпу, осаживая возбужденных просителей следующей речью:
— Автор предупрежден, что вы хотите взять две его последние книги, и он очень этому рад. В общем, он склоняется к мысли отдать в ваше распоряжение и эту, но есть некоторые трудности. Мы разберемся с данной проблемой к пяти часам. Но нам необходимо узнать одну важную вещь. Вы назвали нам вашу окончательную цену?
Как рыбак, закидывающий в реку наживки, я пыталась удержать всех четверых наших возможных покупателей, пока мисс Кеннелли не договорится с книжными клубами и не ответит на другие звонки:
— Да, мисс Карстайн, моя секретарша мисс Мармелштейн дала вам эти цифры, но только что поступили новые данные… Нет, она не скрывала информацию. У нее просто не было последних цифр… Наше руководство сделало новое заключение, которое многое изменило…
В конце этого лихорадочного дня, в течение которого эта острая на язык шустрая женщина помогла заработать «Кинетик» около четверти миллиона долларов, используя свою находчивость и невозмутимость, ее комнату заполнили другие сотрудники редакции, восхваляя ее таланты. Мистер Макбейн, глава «Кинетик», произнес целую речь:
— Что мы ценим, мисс Кеннелли, так это то, что вы выбираете того, кто платит больше всех, и при этом сохраняете добрые отношения с остальными, так что мы можем прийти к ним с новыми предложениями на следующей неделе.
Улыбающаяся ирландка, смакуя свой успех, сказала:
— Я не смогла бы всего этого проделать без помощи этой девочки, Ширли Мармелштейн. Она работала как профессионалка.
Мистер Макбейн улыбнулся мне и спросил:
— В каком вы отделении?
И я смело ответила:
— Ни в каком. Я заменяющая. Учусь мастерству заставить хорошие книги приносить прибыль.
— Как только раскроете этот секрет, не забудьте сообщить его мне.
— Давайте лучше отмечать успех, — вмешалась мисс Кеннелли. — Я угощаю!
И, когда мы собрались в баре, служившем местом сбора сотрудников разных издательств, я в первый раз услышала разговоры молодых представителей того круга, в который я вступила:
— Мисс Кеннелли! Я слышал о ваших успехах! — Репортер из «Нью-Йорк Таймс», проходивший мимо, остановился. — Я не спрашиваю вас о цифрах, но я хочу вас процитировать, если вы скажете, что бестселлер «Двойная опасность» принес вашему издательству большие доходы, и не без вашего участия.