Очевидно, что для «Кинетик» «Маслобойня» значила даже больше, чем для самого Йодера, ибо если ее постигнет тот же небывалый успех, го неизбежно возобновится интерес к первым четырем книгам гренадерской эпопеи. А поскольку все расходы на них уже возмещены, то всякая дополнительная продажа обернется чистой прибылью, за вычетом лишь незначительных накладных расходов на хранение, изготовление переплетов и запуск уже имеющихся форм в производство. Коммерческая заинтересованность «Кинетик» в успехе будущей книга Йодера была стройной.
Более того, с каждой удачной серией повышается интерес коллекционеров к приобретению полного комплекта книг, особенно первого издания. Так что нетрудно предвидеть взлет цен на первые книги Йодера, если их вообще можно будет найти. Поэтому визит Мармелл в Дрезден был отнюдь не формальным. Он преследовал две жизненно важные цели: подвигнуть автора бестселлеров на повторный успех и определиться с кандидатом на создание первоклассного критического труда, который может найти широкую аудиторию в университетских кругах. Такие напряженные уик-энды выдавались у миссис Мармелл нечасто.
Итак, втайне от меня она приехала в город еще в пятницу и всю вторую половину дня усердно работала с Йодером на его ферме. Ну а теперь, в субботу днем, подошла очередь заняться мной. Появившись в «Дрезденском фарфоре», где останавливалась еще во времена работы над «Нечистой силой», она постаралась создать впечатление, что только что приехала из Нью-Йорка. Но, чтобы обезопасить себя от случайного разоблачения со стороны какого-нибудь разговорчивого служащего гостиницы или старого знакомого, ей пришлось тут же признаться:
— Я зарегистрировалась здесь вчера вечером. А как вы, профессор?
— Отлично, — ответил я, и мы перешли прямо к делу, разложив наши бумаги по всему столу, втиснутому в угол между витринами с мейсенскими поделками из фарфора.
Она начала с обнадеживающего заверения:
— Дело сделано, доктор Стрейберт. Если в ближайшие два часа мы решим, что я подхожу вам, а вы мне, то к середине следующей недели будем иметь контракт. — Но, увидев мои загоревшиеся глаза, она сделала оговорку: — Правда, это будет всего лишь протокол о намерениях. О том, что «Кинетик» хочет заключить с вами контракт на предлагаемых условиях оплаты. Обычно требуется какое-то время, чтобы отработать детали, но для нас с вами этот протокол в сущности и является контрактом. У вас есть агент?
— Нет.
— Неудивительно. Во всяком случае, на этом этапе. Надеюсь, что вскоре он вам понадобится. Но могу заверить, что вы получите установленный процент.
— И какой же?
— Точно не знаю, каким он будет в вашем случае. Полагаю, что десять процентов. Если книга продается по двенадцать долларов, вы получите доллар и двадцать центов с экземпляра.
— Такой будет ее цена?
— Книга еще не написана, объем ее не известен, поэтому все это еще трудно определить. Только не впадайте в мечты о несказанном богатстве. Для вас не должно быть секретом, сколько имеет такой автор, как вы, с первых трех-четырех книг. Около тысячи шестисот долларов с книги, если повезет. Однако сейчас наша главная задача — чтобы я получила свой ленч.
— Я оседлал не своего конька, это уж точно.
— Поживем — увидим. Ну, с чем вы пожаловали?
— Главы, по которым мы приняли решение, не составили для меня никакой проблемы.
— Решение будет принято сегодня, доктор Стрейберт, после того как мы проработаем наметки.
— Я готов к проработке. — Мне нравился ее прямой подход к тому, что касалось создания книги. Задаешь ей вопрос, и она тут же выстреливает ответ.
— Хорошо. Мне кажется, что следует с самого начала сказать о том, что вы позаимствовали свою идею четырех хороших и четырех плохих у выдающегося критика Ф. Р. Левиса.
— Да, но вы же знаете, что он дает только четыре положительных примера. Это профессор Девлан развил дальше его подход, использовав метод противопоставления.
— Девлан тоже умер?
— Нет, он жив.
— Вот как. Я считаю, что книга всегда выигрывает, если ученый с самого начала признается: «Как сказал ведущий литературный критик Ф. Р. Левис в своей знаменитой лекции, прочитанной им в Оксфорде в тысяча девятьсот таком-то году…» Подобное заявление дает понять читателям, что вы не относитесь к тем ловкачам, что пытаются приписать все заслуги себе. Это придает вашим идеям исторические корни и солидность.