- Ты обещал, тебе и карты в руки.
Он тащится за мной до самого выхода. Бокс, в котором ремонтируем машины, не маленький, и всю дорогу я жестко его отбриваю.
- Ну, выручи. По-братски. Меня там Арина уже ждет.
- Ничего, подождет. Мне, что ли, одному по-братски это дерьмо разгребать, пока ты где-то свой каштан паришь?
- Это последний раз, я отвечаю.
- Проотвечался. Последний в прошлом месяце был. Напомнить? «Рено» подруги друга.
- Гор…
- Да ты задолбал уже, Серый! – перехожу на крик, швыряю на диван куртку, которую уже почти на себя надел, – одни и те же грабли! Который раз! Но лох не мамонт, не вымрет, да? Башку хоть иногда включать надо!
Серёга, наоборот, выдыхает. Знает, что после вспышки агрессии всегда наступает относительное затишье. А я опять ведусь, хотя его стоит проучить. Хотя бы раз. И я обязательно это сделаю. Но не сегодня.
- Что стоишь? Закатывай рукава и вперед. Труби отбой, сегодня с этой крошкой резвиться будем. МЖМ.
Пока он плямкает клавишами, катая смс, возвращаюсь к машине, на глаз определяя фронт работы. Закончить сегодня нереально, это ясно, но оставшиеся полдня из-за долбоебизма Серого на гаражах убить придется.
Натягиваю перчатки. Смотрю с растущим раздражением, как по-дебильному он лыбится в экран, читая ответ, и едва сдерживаю себя, чтобы снова не начать лютовать. Эх, если бы не старая дружба…
С Серым мы познакомились здесь же, неподалеку и совершенно случайно. Накрапывал дождик. Я по своим мальчишеским делам торопился, проще говоря, кому-то шестерил, вот и решил скостить путь через гаражи. Завернул за угол и сразу на них наткнулся – Серого на спор метелили двое. Остальные, в кучу побросав школьные ранцы, стояли, дожидаясь развязки. Кто-то на телефон снимал.
- Тебе чего, пацан? – резко напрягся типок, что стоял ко мне ближе всех. Даже руки из карманов предусмотрительно вынул.
Я шмыгнул простывшим носом. Холодно было, жуть. Еще и грязно. Сентябрь выдался на редкость пакостным, а теплых вещей мне как всегда не хватало.
- Ничего. Мимо иду.
- Вот и шагай себе. Подобру-поздорову, – посоветовал он, не забыв на прощание окинуть меня презрительным взглядом.
Куртец уже давно мне маломерил, за лето я здорово вытянулся, да и правый рукав теперь был разорван от локтя до запястья – на днях за гвоздь нечаянно зацепился, в форточку пролезая. Ссадина уже начала подживать, на мне все затягивалось, как на собаке, а вот лохмотья зашить было некому – Лидочка тогда надолго в запой ушла.
Совета я послушался. Целых пять шагов сделал. А потом поднял с земли кусок железной арматуры и развернулся. Тот, что Серёгу за воротник держал, даже вскрикнуть не успел. Я с малолетства бил метко.
Я навалял им. Хорошенько так навалял, чтобы запомнили: двое на одного – это при любом раскладе не по понятиям. А мне к десяти годам про понятия уже все растолковали.
Кто успел – кинулся врассыпную. Когда последние раненые, поскуливая и подбирая разбитые телефоны, уползли, я остался с Серёгой. Бросил прут, рядом сел, плечо в плечо. Он к гаражу привалился, а под выступающий козырек дождь не доставал.
Мой рукав итак на соплях держался, так что я оторвал его, чтобы он смог остановить кровь. Серый только ресницами своими длинными хлопал, глядя на меня исподлобья, крепко прижимая кусок стеганки к своему разбитому пятаку. Так мы и сидели рядом, два нахохлившихся воробушка. Кто-то с ближайшего дома, драку срисовав, посчитал нужным вызвать полицию. Вместе нас в участок и загребли.
Серого скоро забрали родители.
За мной так никто и не приехал.
В тот день меня и поставили на учет.
А через неделю мы с Серёгой встретились снова, потому что я частенько в тех местах околачивался, прогуливая школу. Я решил обойти лужу стороной, а он первым протянул руку, ступив прямо в воду. Так посреди большой лужи наша дружба и началась.
Она до сих пор там после дождя… та грязная большая лужа.
- Ты мне ключ подашь или нет?
Выплываю из раздумий, в вопросительное лицо Серого непонимающе смотрю.
- Чё?
- Через плечо! Ключ, говорю. Это приспособление такое специальное для…
- Под левой рукой у тебя валяется, гений. Глаза разуй, – вылезаю из-под машины. Тело от неудобной позы нереально затекло, и я потягиваюсь, кряхтя. – Все. Перекур нахрен.
Гаражи эти принадлежат Серому. Три в одном. До этого – его отцу, но несколько лет назад его отца не стало…
Мы здесь неплохо все оборудовали, подстраивая под себя. Не сразу, по частям, но у нас был долгоиграющий план, и на выходе получилась вполне приличная ремонтная мастерская.
Я настоял на проведении промышленной вентиляции, Серёга топил за холодильник с диваном. А не так давно мы взяли в рассрочку пару тепловых пушек на четыре киловатта каждая, так что теперь здесь можно даже в зиму ночевать. Сортир с душевой мы на задворках тоже организовали, чтобы отмыться после работы прямо на месте можно было. За это гаражному кооперативу дополнительно забашляли, так что особых проблем не возникло.