Он сделал ударение на последнем слове. Голос теперь звенел от душевной боли. Правая рука в бессильной ярости сжалась в кулак и обрушилась на стену. От такого удара штукатурка осыпалась, в стене осталась вмятина.
- Я ничего не помню, кроме бешеного полета в небесах и пламенеющей деревни, - почти прокричала Роза.
Со звуками ее мелодичного голоса к юноше вернулось прежнее спокойствие. Только в глазах затаился мятежный огонь.
- Я не хотел покоряться судьбе, - словно извиняясь, вымолвил он. – У каждого в жизни свой фатум. Мои наставники решили все за меня.
- О чем ты? – прервала его Роза. – Ты тоже стал жертвой дракона?
- Дракона? – он посмотрел на нее с таким изумлением, будто впервые услышал это название. На миг Розе почудилось, что в ясных, голубых глазах промелькнула черная крылатая тень.
Пугающая тишина повисла в комнатке. Без поддержки огонь в печи угас. Угли дотлевали. Слышно было как в дымоходе стонет и беснуется зимний ветер.
- Мне страшно, - прошептала Роза.
Таинственный друг тут же поспешил к ней, забрал пустую кружку и получше укрыл принцессу попоной.
- Тебе надо поесть и выспаться, - сказал он, - а завтра решим, как быть дальше.
- Ты знаешь, что со мной случилось? – рискнула спросить Роза.
Он утвердительно кивнул.
- А горбуна в короне ты тоже знаешь? – тут же задала она второй вопрос.
- Это предводитель всех, кто обитает на острове. Когда самых мрачных придворных колдунов прогнали за их жестокосердие, он собрал их всех под свои знамена. Горбун спасал даже самых опасных чародеев, приговоренных к лютой казни, чтобы они служили ему. Он хотел приобрести такую власть и величие, каких не было ни у одного магистра теней. Замкнутый, окутанный темнотой остров стал прибежищем всех магов, готовых поклоняться тени и злу.
Роза заметила, что рассказчик явно знал больше, чем произносил вслух. Если бы она могла прочесть его мысли, отомкнуть тяжелые замки и снять оковы с тайны, окутывавшей эту златовласую голову.
Еда оказалась на удивление вкусной. После трапезы Розу снова потянуло в сон. Пока она засыпала, во мраке все еще звучал нежный многострунный голос, окутывая ее чарами. Хотелось приподнять налитые свинцом веки и еще разок взглянуть на статного аристократа, который, будто изваяние, сидел у остывшей печи и смотрел на черный пепел так, словно тот воскрешал в его памяти давно ушедшую боль и жажду мщения.
Розе снился странный сон. Во сне сложно понять, что ты спишь, но она каким-то образом понимала. Поэтому происходящее напоминало волшебную грезу. Земли под ногами она не чувствовала, как будто стояла на облаке. Кругом танцевали причудливые тени: рогатые, крылатые, хвостатые. Это были всего лишь тени? Или где-то прятались существа, которые их откидывали? Какие создания вообще способны откидывать такие тени? Должно быть, все это магические создания!
Откуда-то сверху долетали голоса. Мелодичные, пищащие или похожие на перезвон колокольчиков. Все они сливались в одну неземную музыку. Розе удалось различить несколько фраз во всеобщей какофонии.
- Смотри, вон она, та девушка, которая пленила Дракона Золотого Ветра!
- Она действительно очень красивая и статная.
- Она куда прелестнее, чем все те девушки, которые погибли в его когтях до нее. А она не погибла!
- И Дракон Золотого Ветра не собирается ее уничтожать. Значит, ли это, что добро в ней победило зло в нем?
Похоже на каламбур! Роза слушала в пол-уха. Что за ерунда? Как она могла пленить дракона, если это он похитил ее? И о ней ли вообще речь? Она не видела, но ощущала, как кто-то указывает на нее пальцем.
- Темноволосая, зеленоглазая, величавая… она очень похожа на ту другую, которая его озлобила. Он был хорошим, пока ее не встретил. Вдруг и эта такая же?
- Нет, она другая! Посмотрите, как она невинна. И главное, что дракон сдержался. Он ее не убил. А это чудо! В нем проснулась любовь!
- Дракону Золотого Ветра не нужна невеста, - пренебрежительно хмыкнула какая-то тень с крылышками феи. – У него может быть столько воздыхательниц, сколько он пожелает. Все подданные волшебной империи в его полном распоряжении. А все феи выстоятся в очередь, если он пожелает раздать им по драгоценности из своей казны. Зачем ему смертная принцесса, если полно кругом бессмертных созданий?