«Мне нравится, как ты выглядишь с моим членом во рту.»
Чёрт-чёрт-чёрт.
Мне хочется просунуть руку между своих ног, чтобы хоть как-то унять пульсацию.
Толчки Марка становятся быстрее. На каждом он громко выдыхает, пока с хриплым рычанием не прижимает мою голову к своему торсу. Нос щекочат его волосы, я чувствую пульсацию, и тёплая жидкость стекает по горлу.
Как только хватка его рук ослабевает, я резко отстраняюсь, выплёвывая остатки спермы перед собой. И, конечно же, попадаю на своё платье.
Вот так вот за один день моё счастливое платье превратилось в обдроченное.
Сожгу! Пущу на тряпки! Одену в него пугало!
Тяжело дыша и игнорируя своё недопустимое в данной ситуации возбуждение, я поднимаю взгляд на Марка. Он оценивающе смотрит на капли спермы на ковре и на моём платье, цокает языком и, укоризненно качая головой, бросает:
— Жди здесь, — резко поднявшись, он направляется в другую комнату.
Что? Жди здесь? Я что, собака? И мы ведь уже закончили, разве нет? Будет что-то ещё?
Попытавшись подняться, я понимаю, что мои ноги затекли. Надо было хотя бы снять туфли. Я оглядываюсь, ища опору, без которой сейчас не встать. Дотянувшись рукой до стеклянного журнального столика, пытаюсь на него опереться, когда над головой раздаётся ворчливый мужской голос:
— Я же сказал, жди здесь.
Крепкие мужские руки подхватывают меня под мышки и легко ставят на ноги. Марк обходит меня, поправляя моё платье и опуская его ниже колен. В его руках бумажные салфетки; одной он вытирает сперму с моего платья. Затем внимательно осматривает моё лицо, проводит большими пальцами по щекам, стирая дорожки от слёз и промакивает полотенцем мои губы.
Я ещё не пришла в себя от произошедшего. Только это объясняет, почему я стою и позволяю ему это делать.
Полина, ты только что позволила ему кончить себе в рот.
Ещё раз оглядев меня с ног до головы, Марк делает шаг назад и произносит:
— Ты в порядке. Можешь идти.
Да ладно? В порядке? Могу идти?
Со злости я крепко сжимаю руки в кулаки, разворачиваюсь и встречаюсь взглядом со своим отражением в зеркале: волосы всклокочены, на платье некрасивые складки в районе коленей, ярко-красные припухшие губы, глаза блестят.
В порядке. Ага.
Схватившись за остатки самообладания, я медленно направляюсь к двери, чему я обязана только своим лодочкам. Будь я в кедах — то бежала бы, сверкая пятками.
Глава 5. Марк
Марк:
Привет. Не смогу сегодня провести сессию, деньги перевёл.
Кирилл:
Я тебе говорил, что ты мой идеальный клиент? 😄
Деньги платишь, на встречи не ходишь — мечтааа.
Марк:
Говори это почаще — может, и приду.
Кирилл:
Ты же не закапываешь трупы вместо наших сессий??? ☠️
Марк:
Спасибо за наводку.
Кирилл:
Ещё одна отмена — и я прилечу к тебе лично. И не один... 😎
А вот это — удар ниже пояса.
Хуже занудного мозгоправа только мозгоправ, женатый на моей сестре. Которая, в свою очередь, является той ещё занозой в заднице. Именно с её лёгкой подачи моё желание сбежать от цивилизации и минимизировать контакты с людьми обернулось тем, что я стал владельцем ретрит-центра с самым идиотским названием на планете. В своё оправдание скажу: я был уверен, что сюда никто не будет приезжать.
Но к моей неискренней радости, даже без рекламы у нас были брони. А после того как я нанял Полину, поток клиентов увеличился в разы. Ещё в начале весны мы были забронированы на весь сезон.
Забавно, что она преподнесла этот факт как достижение.
Дождь барабанит по крыше, солнце давно зашло, а я по-прежнему сижу на том же самом месте и смотрю на точку перед собой — туда, где несколько часов назад стояла Поля.
Пожалуй, сессия с Кириллом была бы кстати. Но пока я не могу произнести вслух то, что произошло. Мозг захвачен образами: она передо мной, мой член у неё во рту, её блестящие чёрные глаза смотрят вверх, стон — её.
Нет, Марк. Ты не будешь дрочить третий раз за сегодня.
Я вспоминаю историю про подростка, который умер, подрочив 42 раза. Я пока далёк от этой цифры, но мне и не шестнадцать.
Помимо красочных образов с Полиной в главной роли, в голове — полный штиль. Последний раз я чувствовал себя так... Я открываю календарь на телефоне, чтобы убедиться.