— Тебе не терпится получить еще один урок.
— Я серьезно, — говорит она. — Я не пускаю мужчин в свою группу любителей чтения. Они грубо обращаются с женщинами, и это меня бесит. Мне не нравится, когда люди заставляют моих читательниц чувствовать себя неловко.
— Ты думаешь, я буду доставлять им неудобства?
Она недоверчиво оглядывает меня с ног до головы.
— Эм, эй? Мы с тобой знакомы? Ты горячий и властный, и говоришь все, что хочешь и как хочешь. Возможно, ты не хочешь доставлять им неудобства, но мы не можем говорить о сексе, если ты там.
Ну, блин. Теперь я действительно хочу попасть в эту гребаную группу, чтобы посмотреть, о каких сексуальных вещах она говорит со своими читательницами. Если это будут другие мужчины, я отшлепаю ее по хорошенькой маленькой попке. А потом буду трахать до тех пор, пока она не забудет о существовании других мужчин.
— Вот что я тебе скажу, — пробурчал я, закрывая крышку ноутбука и аккуратно ставя его на кофейный столик. — Приходи сюда и покажи мне кое-что из этих секс-штучек, и я подумаю о том, чтобы позволить тебе держать меня подальше от этой твоей группы.
— Хорошо, — говорит она, ее глаза теплеют. — Но мне нужно пять минут, чтобы закончить этот пост.
— Две.
— Три.
— Одна.
— Две! Две минуты! — кричит она, демонстративно возвращаясь к своему телефону.
Я усмехаюсь, качая головой. А потом наблюдаю за ней, завороженно следя за каждой сменой эмоций на ее лице. Она такая эмоциональная. Впервые с тех пор, как Клири съехала, этот дом снова кажется живым. Он не тихий и холодный, а теплый и яркий, полный смеха. Это все Кассия. Она – глоток свежего воздуха... чертово чудовищное откровение.
— Вот дерьмо! — взвизгивает она, сидя прямо.
— Что?
— Кто-то только что выложил фотографии моей подруги Мины и Палмера – парня-футболиста – в джакузи на курорте, — пролепетала она, широко раскрыв глаза. — Я должна сообщить ей об этом. Она с ума сойдет.
— Футбольный парень? Ты имеешь в виду Палмера Митчелла?
— Да, его, — говорит она, набирая текст. — Бедная Мина. Ей это совсем не понравится.
— Я так понимаю, для нее это что-то новенькое?
Прежде чем она успевает ответить, в ее руке загорается мобильный телефон. Она нажимает на кнопку ответа еще до того, как он издает звук.
— Мина, где ты? — она выслушивает все, что говорит ее подруга, выражение ее лица напряжено. — Там фотографии. Не пугайся. Я на ранчо с одним сумасшедшим ковбоем и только что увидела их в интернете.
— Сумасшедшим ковбоем? — бормочу я, сузив на нее глаза. Ей определенно не терпится получить еще один урок.
Она меня, естественно, игнорирует. Но я даже не злюсь. Она сосредоточена на своей подруге, и в ее выражении лица заметно беспокойство. Черт, она милейшее создание. Думаю, она проползет через ад ради своих друзей, если они попросят ее об этом. Меня убивает осознание того, что никто не заботится о ней так же. Думаю, она не рассказала мне и половины того, через что пришлось пройти и продолжает проходить со своей матерью. Сомневаюсь, что она рассказала всю правду и своим подругам.
— Тебя, милая, — говорит она подруге, ее голос мягок и полон заботы. — Я хотела рассказать тебе, пока ты сама их не увидела.
Как можно смотреть на эту невероятную женщину и не видеть в ней ничего, кроме совершенства, – это выше моих сил. Она появилась в моей жизни всего несколько недель назад, а уже стала лучшей ее частью. Если ее мать не ценит ее как сокровище, то я буду ценить. Я буду боготворить ее, напоминать ей каждый гребаный день, что она именно такая, какой должна быть.
— Ты и Палмер в джакузи, — говорит она, а затем делает паузу, чтобы послушать. — Я только что отправила тебе ссылку, — она снова слушает и хмурится. — Я все еще не могу выйти из-за вчерашней бури, но я пройду весь обратный путь пешком, если тебе понадоблюсь, хорошо?
Мои брови поднимаются к линии роста волос. Черт возьми, нет. Она никуда не пойдет пешком. Я не знаю, как долго она была в лесу, прежде чем вчера забрела на мою территорию, но в ближайшее время она туда не вернется. Еще немного, и я не уверен, что она бы выжила. Моя милая малышка не создана для прогулок на свежем воздухе. Она промокла и пострадала еще до того, как злобная задница Гамбургера добралась до нее. Если ей нужно идти, я возьму ее с собой. Она сможет утешить свою подругу, а я буду терпеливо ждать в ее комнате. Пока я не надену ей на палец свое кольцо, она не уйдет от меня.
Спустя мгновение она кладет трубку, бросая телефон рядом с собой.
— Бедная Мина, — вздыхает она. — Почему никто не может дать людям возможность побыть наедине с собой?
— Потому что они отстой, — говорю я, поднимаясь на ноги. — Тебе нужно вернуться на курорт, принцесса?
— Нет. По крайней мере, пока, — говорит она, откидывая голову на спинку дивана, чтобы посмотреть на меня. — Другие девочки там. Она позвонит, если я ей понадоблюсь.
— Хорошо, — ворчу я, пробираясь к ней. — Тогда у меня есть планы на тебя.
— Секс – это не планы, Корд, — отвечает она и тихо смеется, когда я поднимаю ее на руки.
— Я говорю не о сексе, умница. Я положу твою сексуальную задницу в ванну, чтобы она отмокла. Пока ты это делаешь, я приготовлю ужин. Потом мы пообнимаемся у камина, и ты расскажешь мне о книге про меня, — я прижимаюсь губами к ее губам, нежно покусывая. — А если будешь очень хороша, то я позволю тебе подавиться моим членом, прежде чем ты напомнишь мне, как хорошо звучишь, выкрикивая мое имя.
— Корд, — стонет она, крадя еще один кусочек моего сердца.
Глава 9
Кассия
— Почему ты не вернулась на курорт? — спросил Рис, в его голосе слышалось подозрение.
— Потому что выпал снег? — спрашиваю я, прижимая телефон к уху и хмуро глядя в окно кухни. Он такой любопытный! Клянусь, иметь детектива в качестве старшего брата невероятно раздражает. Как будто его радар брехни никогда не промахивается. Он чует ложь еще до того, как я ее скажу.
— Два дня назад, Кассия, — говорит он. — Два дня назад выпал снег.
— Я проводила исследование для своей новой книги.
Он фыркает от недоверия.
— Проводила. На этом ранчо разводят красных ангусов, — говорю я, немного самодовольно. — Сейчас у них начинается сезон отела, так что работы много. Я осваиваюсь.
Это лишь отчасти ложь. Сегодня Корд позволил мне ходить за ним по пятам почти весь день. По крайней мере, до тех пор, пока я не отвлекла его в сенном сарае, а Джейс чуть не поймал его, когда он запустил руку в мои штаны.
Очевидно, Гамбургер снова в бегах. Несколько часов назад Корд отправил меня в дом, чтобы выследить быка. Уже стемнело, а он все еще не вернулся. Я начинаю беспокоиться, что с ним или с этим сумасшедшим быком что-то случилось. С тех пор как он уехал, я вообще ничего о нем не слышала. Звонок Рису, чтобы отвлечься, возможно, был ошибкой. Он нисколько не помогает мне успокоиться. Он просто сводит меня с ума.
— Точно, — говорит он. — Ты всегда была плохой лгуньей, Кассия. Как его зовут?
— Кого зовут?
— Тот брат Декер, который завязал тебя в узел. Корд или Камден?
— Откуда ты знаешь их... неважно, — бормочу я. Конечно, он знает их имена. Сейчас он, наверное, знает всю их историю жизни. Я удивлюсь, если он еще не позвонил местному шерифу, чтобы допросить. Я уже упоминала, что иметь копа в качестве брата – это отстой? Я думаю о том, чтобы отрицать, что кто-то из братьев причастен к моему решению остаться на ранчо, но быстро решаю не делать этого. — Его зовут Корд.
Рис вздыхает.
— Он хорошо к тебе относится?
— Очень хорошо, — шепчу я. С тех пор как я приехала сюда, Корд был для меня потрясающим. Прошлой ночью он был невероятен. Меня никогда раньше не баловали, но он избаловал сполна. После того как я понежилась в пенной ванне, он накормил меня стейком и печеным картофелем, затем мы обнялись у камина и проговорили несколько часов. В конце концов он раздел меня догола и преподал мне еще один «урок». В этот раз он провел руками и ртом по всему моему телу... а я каталась на его лице, пока отсасывала ему. Я даже не помню, как заснула, как он нес меня в постель. Но утром я проснулась с его лицом между моих бедер. — Рис, я думаю... — я запнулась и тяжело сглотнула. — Я знаю, что влюблена в него.