– Ты чудо!
Протянув продавщице кредитку, сказал:
– Это мы берем, упакуйте.
Потом отвез в салон красоты и со словами «Заеду» умчался на своем шикарном авто. Я здесь никогда не была – не по карману. Салон отрабатывал те деньги, что запрашивал за услуги. Вышла я окрыленная. И была красавицей!
Николай уже ждал меня. Он отвез меня домой. Вытащил из багажника огромную красную коробку, перевязанную розовой лентой, и понес ее на пятый этаж. В коробке были цветы – красные розы. Я удивилась:
– Почему в коробке?
– Просто на память. Одевайся. Я подожду в машине.
Когда я вышла, он нервно курил. (Почему он нервничает? Что-то не так?) Увидев меня, он замер на мгновение. Потом, сбросив с себя оцепенение, аккуратно, как фарфоровую куклу, усадил меня в машину. Сел сам, еще раз пристально посмотрел на меня, как будто о чем-то размышляя и принимая решение.
В машине мы молчали. Я боялась нарушить эту тишину. Мы подъехали к большому красивому дому на берегу моря, ворота бесшумно открылись. (Наверное, камеры видеонаблюдения фиксируют машины приглашенных.) У подъезда швейцар помог мне выйти из машины, и Николай предложил руку. Я цепко схватилась за нее. Мне было страшно. Я не была на таких приемах. Как примет меня публика? (Комплекс неполноценности еще крепко держал меня в своих хищных когтях.)
Дом восхищал. Дворец! Такое я видела только на картинках. Мы шли по дорожке сада, и я любовалась его красотой. Все было тщательно продумано: клумбы, фонтаны, кипарисы, пальмы, гипсовые статуи. (Да, отделка такого сада – удовольствие не из дешевых!) Играла спокойная, тихая музыка – на веранде примостился небольшой оркестр. В саду за домом стояли небольшие столики, за которыми уже сидели люди. Между столиками сновали официанты.
Николай по-прежнему молчал. Нам навстречу вышел высокий, элегантный, слегка полноватый, но вполне приятный на вид мужчина лет сорока пяти с легкой сединой на висках. Полнота не портила его, а даже как-то украшала. (Вот бы женщину украшала полнота!) Во всяком случае, выглядел он респектабельно и, я бы даже сказала, величаво! Он, не скрывая своего восхищения, осмотрел меня с ног до головы. Потом поцеловал мне руку, отошел подальше, причмокнул и, обращаясь к Николаю, сказал:
– Королева! Ну, спасибо, уважил! Все, можешь идти.
Я почувствовала себя курицей на прилавке магазина, которую один предлагает, другой оценивает. Я остолбенела и ничего не могла понять. Только подняла глаза на Николая.
Он посмотрел на меня виноватыми глазами, еле слышно прошептал:
– Прости, будь осторожна, – и, опустив голову, быстро, не оборачиваясь, направился к своему автомобилю.
Я догадалась – меня продали! С новым платьем, с брильянтами, с потрохами! Все произошло так неожиданно, что я стояла как изваяние, не шелохнувшись, и только молча смотрела вслед уходившему Николаю. Мысли роем проносились в моей голове. Теперь длинная вереница событий выстроилась в логическую цепочку! Прогулки по парку, рестораны, его последние слова! Дура! Какая же я дура! Неисправимая, доверчивая дура! Очнувшись, повернулась к моему новому знакомому.
– Сколько вы ему заплатили за меня? – зло спросила я.
Он улыбнулся и ответил:
– А сколько вы за себя хотите?
– Здесь продавец не я!
– Вы трезво оцениваете ситуацию, и это приятно… Я простил ему небольшой должок.
– Бриллианты ваши?
Он рассмеялся и опять поцеловал мне руку.
– У тебя восхитительные запястья! (Быстро на «ты» перешел!) Мне показалось, что эти камушки украсят твои ручки! – И он нежно потрогал браслет, играющий всеми цветами радуги в лучах заходящего солнца. (Лучше бы они украсили мои мозги!)
– Николас говорил, что ты программист, это правда?
– Вас это пугает?
– Меня в этой жизни не пугает ничего. Это я всех пугаю. Это раз.
– Два не надо. Я все поняла. Что вы собираетесь со мной сделать? – Я храбрилась, но страх обволакивал мои члены, мозги, душу…
– Еще не знаю. Если ты не возражаешь, пока я просто буду наслаждаться твоим присутствием. Составишь мне компанию? Я хочу сыграть в «Секу». – И он подставил мне локоть.
Бежать не было смысла. Меня никто не выпустит. Меня никто не спасет, потому что никто не знает, где я! Господи, этот мерзавец все рассчитал! Меня продали в рабство! Мне стало не просто страшно, меня затошнило от страха. Мне показалось, что я сейчас упаду. Я вцепилась в руку того, кто только что меня купил.