– Что опять?
Вика тихо пояснила:
– Мнение нашего аудитора.
– Зингермана?
– Да.
– Это он у вас проверку делал?
– Да.
– Можно его на мыло отправить. Читала его отчет. Сказать «слабенько» – ничего не сказать.
Виктория промолчала.
– И долго Вы мне это все носить будете?
Девушка с улыбкой пожала обнаженным плечом, выглядывающим из разреза блузки и посмотрела на инспектора. Та тоже улыбнулась. «Решающий момент!»
– Вы, я так понимаю, не согласны. Обратитесь в суд?
– Не уверена. Но, суды, насколько я знаю, налоговая еще ни разу не выиграла, – голос предательски дрогнул. Вика кашлянула и продолжила, – лишняя нервотрепка и для вас и для нас.
Наступила пауза.
– Может, не надо? – Вика просительно протянула. И, посмотрев на себя со стороны, вспомнила кота из «Шрека».
– Не хотите больше мучиться?
– Мы – хорошие!
Женщины громко рассмеялись. Второй инспектор произнесла:
– Хорошие! Набрали льгот как сельхозпроизводители! Это надо ж додуматься до такого!
Финансовый директор виновато вздохнула, потом не без ответной иронии усмехнулась:
– Вы про хранение картошки в гаражах? Это не наша идея была. Фирму совсем недавно купили. Поди пойми, чего тут наворотили! Я полгода только к программе прорывалась!
Лариса Викторовна со стоном выдохнула:
– Ну что мне с вами делать?!
Вика мгновенно отметила «мне». Значит, решает все она, та, другая помехой не будет.
– Мы – не виноватые. Мы – хорошие! На все согласные, – произнесла она и, с надеждой на успех, лукаво взглянула на хохочущую Ларису Викторовну.
– Измором и то возьмешь! – подытожила та. – Имей ввиду, пока все до ума не доведешь, и чтобы не белыми нитками было шито, – говорить не о чем. Поняла? И подготовь еще раз все распечатки по НДС.
– Мы готовы, как пионеры.
Понятно, что от нее требуется.
– Много нарушений получилось?
Лариса Викторовна пролистала свои записи:
– Льготы уберем точно! А по всему остальному – дело за тобой. Готовь документы. Книги покупок – продаж сама составляла?
Какой смысл отпираться? Вика кивнула.
– Грамотно. Только зачем это было делать сейчас?
– А вдруг что-нибудь приятное для себя нашла?
– Нет, рыбы здесь нет, – проверяющая была непоколебима, с интересом взглянула на переминающуюся с ноги на ногу девушку.
Та, чувствуя как внутренний счетчик, распределяющий все срочные дела по порядку, заработал, поблагодарила и скрылась за дверью. Предстояло многое еще сделать.
Глава 36
После замужества старшей сестры жизнь изменилась не значительно; лишь добавились те обязанности, которые лежали на Лизе. Через несколько месяцев, как ни странно, отношения со старшей сестрой наладились, превратившись из неприязни в хорошую дружбу. Дух соперничества испарился, как дым и Вика, немало удивленная этим фактом и обрадованная, часто забегала к Лизе проведать.
Брат продолжал ходить в садик. Отводить доводилось его перед школой ей, и опаздывать приходилось не раз, за что часто получала выговоры. Школу девочка не любила, несмотря на то, что училась хорошо – классы постоянно расформировывали, деля подростков на умных и «не очень». Ее, радостную, без сомнений определили в лучший класс. Сразу же после этого она получила неприятное определение – «предательница».
Подруг у нее не было. С единственной, с кем постоянно соперничала по количеству пятерок в дневнике за неделю и ходила вместе домой, поссорилась. Вика получила свою почетную грамоту за отличную учебу лишь через полгода, – учительница случайно вспомнила и спросила, передала ли Вике ее подружка этот лист. Как и все ходить друг к другу в гости она позволить себе не могла, – не было времени. Да и маме сильно не нравились посторонние в доме. К своему немалому стыду, Вика была этому где-то даже рада – ей не хотелось, чтобы подруги видели мать в таком неприглядном виде. «Твоя мама всегда в одних панталонах дверь открывает?» – не без издевки спросила ее как-то одна из учениц, заглянувшая в обед. Девочка почувствовала острую скованность. Ее матери и правда все равно, в чем ходить по дому и стеснения от своего вида, пусть даже и в одном белье, она не испытывала, – в отличие от дочери. Подумаешь, кто-то из детей ее увидел? Спрятав уязвленное самолюбие поглубже, девочка рассмеялась и попробовала объяснить это тем, что та просто поднялась с постели и не успела накинуть халат. Легче не стало; подружка ее неуверенную, сбивчатую фразу восприняла с улыбкой. Дни рождения в ее доме не справлялись. Всем было не до этого. И к себе одноклассницы на праздники не звали. Часто Вика устраивала себе дни рождения сама. Это были мелочи, редкие уколы, заглушаемые и разбавляемые ежедневной рутиной, но именно они формировали ее отношение к себе и к окружающему миру.