Глава 40
К Новогоднему вечеру Вика готовилась без особой охоты. Единственная радость – возможность поспать подольше, дожидаясь Ирину. Та пообещала застрять в салоне.
Сама она в салон не пошла, тем более, что лучше ее никто не причешет. Сама, сама, сама…
Весьма печальный опыт общения с парикмахерами. Проснувшись, девушка долго вертелась у зеркала, и, наконец, оценивающе оглядев себя со всех сторон, подарила зеркалу одобрительную улыбку.
Очутившись на работе, первым делом зашла к Нине Константиновне поздороваться.
– Здрасьте– здрасьте, – ответила на приветствие та, по-женски придирчиво рассматривая подчиненную и улыбаясь уголками губ. – Что это Вы сегодня как долго?
Строгий малиновый костюм начальницы сидел бесподобно.
Вика выразительно подняла тонкие брови и извиняющимся тоном пробормотала:
– Все сегодня с утра рядятся. Ну и мне захотелось. Хорошо выглядите!
– И Вы тоже, – отметила начальница, и, скользнув взглядом по блузке, выдавила. – Очень секси!
Вика, вся сияя, прошла в кабинет к Мухину, ожидая очередного бурного всплеска эмоций. И не зря!
– О-па! – выдохнул директор. – Нет слов! Он демонстративно схватился за сердце и закатил глаза.
– Да, ладно Вам! Вы меня засмущали!
Мухин вылез, поправляясь, из-за стола, обошел ее кругом, восхищенно причмокивая. Вика стояла, краснея от удовольствия. Не один день ушел на то, чтобы подобрать одежду. После долгих раздумий и нудных походов по магазинам в ее гардеробе появились черные брюки со стрелками, отделанные розовой строчкой, черная прозрачная кофта с глубоким декольте и рукавом до локтя. Грудь и плечо украшала вышивка из крупных розовых и серебристых цветов. Осиную талию подчеркивал широкий винтажный пояс с розовыми стразами.
– Пойдем, к Вадьке зайдем!
– За-чем? – протянула Колесникова. Ее опять кольнуло предчувствие, что директор старается услужить хозяину, зная о симпатиях «императора».
– Надо отчитаться! – как всегда, грубо ответил Мухин.
Привыкнув к привычке директора «выблевывать» фразы, она удивлялась тому факту, что раньше реагировала очень болезненно. Процокала на каблуках вслед за ним и оказалась в просторном кабинете. Ворон поднял на вошедшую парочку глаза, скользнул взглядом по смеющейся и довольной собой Вике, деловым хозяйским тоном задал вопрос:
– Чего надо?
Директор важно и обстоятельно начал объяснять, что было сделано за несколько предшествующих дней, выдавая работу Вики за совместный труд. Она уже не обижалась, подозревая, что Вадим знает, кто в их команде трудоголик и идейный мыслитель на самом деле.
– А по проверке данные получила?
Вика кивнула.
– Да. Но неофициально. Ждем.
Ей так не хочется говорить об этой проверке! Уже мозоль на языке. И вообще, сейчас ничего не волнует, кроме того, что она бесподобно хороша и производит неотразимый эффект на окружающих. Вадим, не глядя, выслушал и отправил Мухина обратно с поручением. Вика пожала хрупким плечом. Какой, вообще, смысл в подобных отчетах о проделанной работе? Почему так трясется над этим Мухин? Что сделано, то сделано. И еще много чего нужно сделать. Вадима застать на месте – целая проблема. Пока ходишь и отчитываешься, другие более срочные дела уплывут из рук. У всех свой участок – только работай. Ворон, наверное, не дурак. Сам знает, что за кем числится и сколько на эту работу времени уходит. Зачем эта демонстрация? Она вновь мысленно пожала плечами и вернулась на место.