– Ну, вот, я так и знал! – обиделся директор.
– Ну, не надо, не обижайтесь, – пытаясь вырвать уколы ревности из сердца, ласково попросила она. – Вы такой забавный! Просто невозможно не рассмеяться.
Девушка вдруг вспомнила, что разговаривает со своим бывшим врагом, не раз доводившим ее до слез. Сейчас, как ни странно, испытывает к своему начальнику совсем другие чувства, на которые раньше не могла даже рассчитывать, – настолько неприятен он ей был. Там сверху, кто-то услышал ее молитвы. Хотя бы в отношении Мухина. Кто бы раньше сказал – не поверила ни за что! Видимо, их мысли совпали, потому, что он, недолго думая, произнес:
– Ты извини меня, что раньше тебя так прижимал к ногтю. Думал – ты другая и вообще…
– Что вообще?
– Извини меня! Хотел тебя просто использовать. Думал, пришла умненькая, молоденькая. Будет все мои проблемы решать. Только Вадим меня остановил. Надавал по шапке. Сказал, что у меня свои для этого мозги есть.
«Ого! Ничего себе! А Вадим – не дурак!»
Все отрицательные эмоции, если и оставались таковые, в тот же миг испарились, как дым. Надо иметь достаточно смелости, чтобы признаться в том, в чем только что пооткровенничал директор! Последней фразой Мухин изменил их отношения раз и навсегда, снял все обиды и длительное напряжение. Ничего уже не будет так, как раньше. Приняв его неожиданную исповедь, Вика приняла его самого, такого, какой есть – со всеми достоинствами и недостатками. И вряд ли смогут поссориться еще. Невероятное облегчение фонтаном вырвалось наружу, словно тяжелые камни, висевшие долгое время, кто– то снял с ее хрупких плеч. Радостная, она предложила отметить их окончательное примирение:
– Давайте, шарахнем водки, по глоточку?
Он одобрительно кивнул. Выпив по пятьдесят грамм, Вика и Михаил Федотович пожали друг другу руки. Чмокнули друг друга в щеку. Их идиллию прервал Вадим:
– Эй, вы! Сладкая парочка! Вы чего там притихли? Пьете вдвоем? А мы? – Потом, себе под нос, пробормотал. – Помирил, болван!
Стемнело. Комары, первые вестники тепла, давно уже принялись за свою черную работу, нещадно впиваясь с руки и ноги. Мухин исчез в углу беседки, в сотый раз набирая номер своей супруги и пытаясь с ней помириться.
– Да, оставь ты ее в покое! – громко крикнул Ворон. – Деньги кончатся – сама прибежит! Лучше, найди себе другую!
Он перехватил взгляд Вики, уставившейся на него во все глаза. Он, что, шутит? Наступила пауза. Потом мужчина развязно добавил:
– Хочу бабу-дуру, на полгода!
Сергей, услышав эти слова, понимающе хмыкнул и осклабился, показав ряд ровных мелких зубов. Вика не реагировала. Он, что, опять шутит? Ну и шуточки! Или нет? Нет, не может быть! Нельзя поверить! Ей просто показалось. Просто что-то не поняла.
Из машины донеслись громкие звуки музыки. Лена и Анжела, решив потанцевать, уговорили водителя подогнать автомобиль ближе к беседке. Вика присоединилась к танцующим. Танцевать она любила, да что еще делать? Неплохое средство от комаров. Иногда поглядывала на Вадима; это получалось непроизвольно, независимо от ее воли. Так редко его видела, что присутствие казалось чем-то особенным, новой возможностью, новым шансом. Только, возможностью чего? Она и сама не знала. Через полчаса довольная, раскрасневшаяся, вернулась за стол.
– Вот она, красота моя! – поприветствовал ее хозяин. Потом, выпив предварительно стопку водки, кивнул в ее сторону и обратился к Сергею:
– Жить с ней вместе будем!
Ошеломленная нереальностью подобного предположения девушка и новоиспеченный директор покатились со смеху. Ну и фантазер! Прямо ошарашил! Неправдоподобно! Заметив, что Вадим помрачнел и налился свинцовой тяжестью, словно грозовая туча, Сергей тут же спрятал взгляд в стакане с вином. Вика продолжала уже растерянно смотреть на патрона. Нет, сегодня Вадим точно какой-то ненормальный! Не зная, как выкрутиться из наступившего неловкого молчания, плотным туманом повисшего в воздухе, весело заметила:
– Чего там наш Мухин делает?
Посидев еще несколько томительных секунд вместе, направилась обратно в круг. Внутри стали терзать смутные подозрения. Что-то случилось! Что-то нехорошее! Она не осознала чего-то очень-очень важного. Только чего? Не собирается же он и вправду жить вместе? Бред! Неужели она на подобным образом высказанное предложение согласится? Особенно после фразы про «бабу-дуру». И куда, интересно, собирается в таком случае девать жену с малыми детьми? Или планирует завести одну большую шведскую семью? Мило! Ну его со своими загадками! Выкинув сомнения из хорошенькой головки, направилась в поисках горячего чая вниз, на дебаркадер. Там горит свет, и, насколько она помнит, есть небольшая кухня. А если есть кухня, то наверняка есть и чайник.