Сразу же после разговора с ним, Строгая набрала номер. Ее? Нет, не ее. Переговорив с кем-то, положила трубку, встала, быстро собрала документы, оставленные Зингерманом, и также быстро, почти бегом, вышла. К Вадиму! Больше ни к кому ее начальница бегать себе не позволила бы! Точно! Стремительно двинулась в конец коридора.
Девушка не чувствовала никаких внутренних переживаний, просто все врезалось в память, отмечалась каждая деталь и нюанс. Через стекло двери видно, как торопливо возвращается ее начальница. Даже прическа, всегда идеально уложенная, приобрела небрежный вид. В чем дело? Позовет ли она ее сейчас? Да!
– Виктория Алексеевна, я хочу с вами посоветоваться. Зайдете?
Легко миновав расстояние между своим столом и окном, финансовый директор присела на то место, на котором совсем недавно побывал аудитор и взяла паузу, предоставив Строгой начать первой. Наконец, начальница собралась с мыслями и овладела собой: было заметно по приветливо приподнятым уголкам губ и безмятежному доброжелательному выражению лица – ее привычной маске.
– Виктория Алексеевна, как Вы считаете, сколько может стоить та работа, которую уже провел на заводе Геннадий Иосифович?
– Понятия не имею. А что?
– Дело в том, что он созванивался с нашим шефом и спрашивал деньги. Видимо, уже в курсе, что завод передали Вам.
– А Вадим Сергеевич что?
– Велел мне разобраться, проверить все и решить, сколько платить и за что. Вот, смотрите, – женщина открыла документы Зингермана, надела очки, надвинув их на самый кончик носа и стала читать:
– Так. Первое. Составление плана – ***рублей, потом второе – составление графика документооборота – ***рублей. Ничего себе цены! Надо будет у него этот график запросить! Третье – проведение инвентаризации – ***рублей!
Ошеломленные, женщины переглянулись.
– Это же Вы проводили инвентаризацию, не он!!! – озвучила начальница Викины мысли. – Зингерман там даже не появлялся! Ничего себе, дает!
– И что теперь?
– Так, – стараясь придать своим рассуждениям логический порядок, сосредоточилась Нина Константиновна. – Я должна для начала получить от него письменный отчет, с почасовой разбивкой того, что было сделано. Получить подтверждение в виде документов. Потом примерно прикинуть, совпадают ли те суммы, которые он тут обозначил с тем, сколько он потратил на это времени, умножив на стоимость часа его услуг. Со скидкой, конечно.
Затем с негодованием, добавила:
– С инвентаризацией, он конечно, переборщил! Как так можно? Все же знают, кто ездил на завод и собирал данные! – Ее слова проливали бальзам на раненое самолюбие подчиненной. – Ну, ладно, я Вас еще попозже приглашу. Когда от него ответ на свой запрос получу. Думаю, Вам в будущем пригодится. Кстати, тут еще Вадим Сергеевич поручил составить перечень лиц для премии. Ну, в связи с окончанием строительства второго торгового центра. Мне Мухин набросал некоторых. Нужно просто проверить. Давайте, вместе пробежимся? Вдруг, кого-нибудь пропущу?
Колесникова, хранившая напряженное молчание все время беседы, также молча кивнула. Женщина развернула сложенный вчетверо тетрадный листок, на котором корявым неразборчивым почерком мелькали фамилии. Напротив каждой поставила галочку, вписала еще пару сотрудников и неожиданно громко охнула:
– А где же тройка вороных? Строгая, Колесникова и Мухин? Все же принимали активное участие в строительстве!
Вика, в предвкушении нежданной и негаданной прибыли, радостно вспыхнула и загорелась румянцем. Начальница внесла в список «тройку вороных» и дала понять, что разговор окончен.
А в голове подчиненной роем зажужжали мысли. Суммы, обозначенные Зингерманом, в который раз поражали. А об оплате ей речь вообще не идет. За ту же инвентаризацию. Вадим, почему – то, и не заикался. Ладно, хоть по стройке заплатят. И то хорошо. Честно говоря, так счастлива, что именно ей поручили деревообрабатывающий завод – лучшая для нее награда. Готова сделать все и бесплатно, лишь за такой шанс – получить опыт. И помочь ему. Она помнит, сколько нервов он потратил и денег на этом предприятии, которое между собой директора называют «бездонной ямой». Чемоданом без ручки. И это не самые худшие из определений. Пусть все остается, как есть! Колесникова принялась тщательно изучать тот план действий Зингермана, который передал незадолго до этого ее патрон. Кто-то тронул за плечо. Незаметно подошедшая сзади Нина Константиновна суетливо прошептала:
– Пошлите к Вадиму Сергеевичу. Это насчет премии!
Ворон озорно пробежался взглядом по вошедшим, стряхнул пепел с сигареты и уткнулся в протянутый лист.