– Ты не на финансового директора больше похожа, – усмехнулся Жук, – а на трубочиста или разведчика! Смотри, у тебя и живот тоже черный. Ты под станками по-пластунски, что ли ползала?
– Очень смешно! Будешь издеваться – в следующий раз сам поползешь, понятно?
– Нет уж, дудки! Мне и так геморроя хватает.
– Тогда лучше накорми злую и голодную женщину.
– Пойдем, вечером, кстати, мы около гостиницы шашлыки хотим сделать. Ты как?
– Нормально. Вообще, чудесненько!
– Ну и отлично. Тогда вечером долго на работе не сиди – мы тебя ждем.
Обрадовавшись неожиданному приглашению, Вика направилась в баню, только что натопленную и обжигающе горячую. Замотавшись в полотенце, юркнула внутрь и тут обнаружила, что не одна. На верхней полке, словно султан со своей наложницей, в тюрбане и полотенце восседал Дима. Девушка не сразу его узнала – настолько горячий воздух и необычное головное украшение изменили его лицо.
– Давно греетесь? – дипломатично спросила финансовый директор, стараясь наладить контакт с незнакомой женщиной – его подругой.
– Да, нет, только что зашли, – улыбаясь широко, во весь рот, произнесла женщина.
Вика несколько секунд внимательно за ней понаблюдала, но тут горячий воздух обжог глаза, не позволив подытожить увиденное.
– Может, дверь немного приоткроем, а то невозможно сидеть?
– Давай! Мы, правда, любим погорячее, – отозвался программист и спустился вниз, потом приоткрыл немного дверь, выпуская пар и, открыв небольшой пузырек, стоявший возле каменки, плеснул на камни. В воздухе разнесся резкий и сильный запах еловой смолы и начал мягкими волнами расходиться по всей бане. Вика с удовольствием потянула носом. Как здорово! Не клубничка какая-нибудь, а обыкновенная, настоящая елка! Лучше не бывает!
– Я тоже люблю, когда горячо, – широко зевнув, пробормотала девушка. Но это уж вы вообще разошлись, ничего не видать. Париться собрались? – она заметила в углу в тазу замоченные веники.
– Ага. На шашлыки пойдешь?
– Да.
– Там ребята водки принесли.
– Я не пью водку. Не люблю. Если только зимой, «для сугрева».
– Я тоже не хочу водку. Дим, может ты купишь винца какого-нибудь вкусненького, – женщина по-кошачьи потянулась и положила голову ему на плечо.
Вике она нравилась все больше и больше. Неизменная добродушная улыбка непроизвольно создавала радостное, благожелательное настроение. В глазах было все: и смекалка и женственность и опыт, а главное – было заметно удовольствие, которое получает от общения с Дмитрием. Они прекрасно подходят друг другу. И как приятно после трудового дня вместо кучки кружащих вокруг нее как коршуны мужчин, ждущих результатов, увидеть милую приятную улыбку!
– Не могу больше, – вскрикнула Вика, чувствуя, как ее кожа, красная и влажная, горит от нестерпимого жара, и выскочила в предбанник. Затем встала под душ, намыливая шею, руки, живот.
Неожиданно дверь с треском открылась и на пороге возник коммерческий директор, одетый, с красным лицом. Колесникова дикой ланью прыгнула вглубь, стараясь остаться невидимой.
– Ты чего приперся? Я голая!
– Пардон, – хохотнул Петр, – я думал тут Диман один. Хотел спросить, шашлыки будет или нет.
– Будет, – ответила из-за своего укрытия девушка.
Также мощно хлопнув дверью, Петр удалился.
Вика выскочила из душевой и быстро защелкнула щеколду. Ходят тут без предупреждения! Спокойно помыться не дадут. Хоть бы постучал! Интересно, а он такой красный, потому что сильно загорел, или потому что так сильно пьет?
Она снова встала под душ, слушая, как через стенку раздаются звуки хлопающих о тела березовых листьев, затем закуталась в большое полосатое, махровое полотенце и присела на лавку. С трудом нацепив ставшие узкими и липкими штаны и кофту, девушка намотала такой же тюрбан, какой только что видела на главном бухгалтере и, крикнув, что уходит, устремилась наверх. Упав без сил на кровать, она задумалась: стоит идти или поспать? Вроде, обещала. Да и окружающие могут подумать, что она хочет держаться особняком, на дистанции, не хочет общаться. Придется встать. Чтобы, говоря языком партии, не «отделяться от коллектива» и не выглядеть высокомерной. Она вздохнула, снова зевнула, поднялась и попыталась уложить влажные волосы. Получалось плохо. После нескольких безуспешных попыток, раздраженно пульнула расческу на кресло, растрепала мокрые локоны, и взглянув в зеркало, нашла, что ее вид вполне соответствует предстоящему пикнику, шум которого разносился уже по всей округе.