– Действительно, умная…
– А у тебя тут никого нет?
– В каком смысле?
– Ну, тут, в поселке?
– Не успела. Все как-то некогда, – девушка спрятала за ладонью улыбку. Весь этот разговор ее очень забавлял.
– Ну, вот, я как раз любовницу ищу, красивую как ты.
– Извини. Не до этого.
– Нет, а что? Я парень отличный, не плохой. Ну, не хочешь, можем просто дружить. Ты знаешь, сколько у меня тут девчонок – друзей?
– Ну, давай, будем дружить, – Вика уже не скрывала замучившую ее зевоту. – Извини, я так устала, с ног просто валюсь. Спать очень хочется.
– Может, еще посидим? Или потанцевать сходим?
– Да, нет, не пойду. Вон, все уже расходятся. Всем спокойной ночи!
Она медленно отправилась наверх, чувствуя, как зудят расчесанные до крови ноги. Проклятые комары! Собрав всю силу воли в кулак, она все же почистила зубы и с чувством выполненного долга, довольная собой, вернулась к себе. Взяла ватку, намочила спиртом и стала прикладывать к местам укусов.
Через несколько минут донеслись звуки музыки. Они что, еще дискотеку здесь будут устраивать? А спать когда? Девушка подошла к окну: под ним, прямо у входа в гостиницу стояла машина с включенными фарами. Обе дверцы открыты, в машине сидит Петькин друг и ищет, по всей видимости, какую-то кассету.
– Ради тебя, – крикнул, покачиваясь, Петр, заметив ее застывшую фигуру. – Песня! Романтическая!
В этот момент действительно зазвучала песня из кинофильма «Д Артаньян и три мушкетера» со словами «перед грозой так пахнут розы…», – выводимая сладкоголосым Арамисом. На ее лице заиграла снисходительная ухмылка. Из машины вылез Петькин друг и они оба, оперевшись для устойчивости друг на друга и широко расставив ноги, запели тягучим хриплым басом, стараясь при этом попасть в ноты: «Приятно видеть в час рассвета, …Викуся, где ты?» При этом Петькин друг невпопад махнул рукой, решив усилить приятное впечатление так, что их сильно накренило в бок. Не выдержав, она расхохоталась. Минут через десять певуны гордо скрылись в гостинице, сопровождаемые бурными овациями. Наступила тишина. Наконец-то! Она легла в постель, и, уже сквозь мгновенно накрывшую ее дремоту, подумала: «Господи, вдруг кто-то спит, а я ржу тут как лошадь? Очевидно, про местную гостиницу те еще слухи ходят. Ну и ладно, мне не до этого.»
Ночь. Ни звука. Только половицы и стены иногда издают странные непонятные звуки. Вика, оставившая окно открытым, сквозь сон почувствовала, что холодает. Натянула одеяло под подбородок, закуталась в него и счастливо засопела. Вдруг, внезапно, справа от нее раздались быстрые, дробные звуки, похожие на топот. Она не успела даже испугаться, лишь интуитивно почувствовала, что в комнате есть кто-то еще. Попытки сосредоточиться и понять, что происходит, кто проник к ней, ни к чему не привели – в темноте что-то разглядеть было невозможно. Через несколько бесконечно долгих минут Колесникова набралась смелости и тихим, изменившим ей голосом вымолвила:
– Кто здесь?
Шаги быстро направились к ее постели и чья-то фигура застыла рядом с кроватью. От ужаса она вскрикнула.
– Не бойся, это я, – раздался знакомый голос. Быстро сняв ботинки и штаны, к ней в кровать кто-то запрыгнул и потянул одеяло на себя. Петька!
– Во, дурак! Напугал!
– Викусечка! – Петька прижался к ней и обнял за талию.
– Ты че, охренел что ли? Вали отсюда!
– Ну, ладно тебе! Я тут посплю немножко. Можно?
– Можно! Ты что, издеваешься? Ты как вообще сюда попал? Я же дверь закрывала!
– Ну и что, а я по пожарной лестнице! Там, за шторой, еще одна дверь есть, – объяснил ликующим голосом довольный собой парень.
– О, Господи! Давай, выкатывайся отсюда!
– Ну, Викусик! Я просто посплю рядом и все! Тебе жалко?
– Нет, совсем не жалко! Спи, сколько захочешь! Друзей еще позови!
Внутри нарастала злость на этого ночного визитера, Телеграфа Телеграфовича, боевые действия которого отнимают ее и без того короткий сон. Нет, так просто он не уйдет. Придется вставать. Может, Жук, спавший за соседней стенкой, придет на выручку? Или не стоит его будить? Неудобно. Придется самой этого бугая из спальни выталкивать. Она встала, отперла ключом дверь и широко ее распахнула, потом, понимая комичность ситуации, резким движением сдернула одеяло с кровати, обнажив все Петькины прелести. Ухватившись за ноги, с трудом стащила его с кровати. Раздался громкий стук, стук тела шлепнувшегося с размаху об пол. Блин! Он наверняка ударился. И больно! Ну и ладно. Все равно пьяный! Завтра и не вспомнит, откуда синяки. Вика, согнувшись, пыхтя от натуги, уже тащила за шиворот незваного гостя в сторону двери.