– А зачем брил?
– Так пластырь потом отдирать придется вместе с волосами. Парень он мохнатый, как оказалось. Когда первый раз отдирать стал – стонал тут.
– А что ж ты не помогла?
– Ага, конечно! Я за дверью слушала.
– Слушала под дверью, как он стонал? Мило! А ты уверена, что он именно пластырь в тот момент отдирал, когда ты за дверью стояла?
– Да хватит тебе!
– У вас тут прям садо-мазо какое-то! Он в тебе не те наклонности развивает. Надо его отругать! Пригрозить вмешательством «бабы Нины».
– Только попробуй! Он и так стесняется, краснеет.
– Не, так прикольно! У тебя, кстати, ничего вкусненького нет? Так есть хочется!
– Есть, – Ирина тут же достала из ящика стола полбатона колбасы, батон и банку сметаны.
– Какие у тебя стратегические запасы!
– Да, вон, полчаса назад вниз в магазин спускалась.
– Понятненько. Я мчусь с другого конца света, жую дорожную пыль, а они тут сидят в тишине-покое, да еще успевают все свои дела переделать!
– Жуй, давай! – отмахнулась Ирина и улыбнулась, видя, что Вика развеселилась не на шутку. – «В тишине и покое»! Нам тут Ворон с утра такой разгон устроил!
– Он здесь?
– Да, вроде не уезжал.
– А попить есть чего?
– Нормально, вообще! Я тебе что тут – ресторан? Вон, можешь у Михаила Федотовича в шкафу полазить.
– Он сок сегодня делал?
– Нет, перешел на газировку «Байкал».
– Тоже неплохо!
Взяв без всякого стеснения бутылку воды, купленную шефом, Вика налила себе полный бокал и наступила тишина, прерываемая чавкающими звуками, стуком ножа о стол и вновь наливаемой воды.
Дверь в кабинет открылась, и на пороге появился красный, потный Мухин в майке и кротких спортивных штанах.
– Викусик! Приехала? – Потом, заметив стоящую рядом с подчиненной открытую бутылку, присвистнул. – Нормально! Я, значит, себе купил пару бутылочек, чтобы выпить после тренировки, а тут Виктория Алексеевна в мое отсутствие все уничтожила!
– Много газировки – вредно! Я забочусь о Вашем здоровье. И потом, мне полагается усиленное питание – я на вредном производстве!
– Молоко за вредность тебе полагается, а не моя газировка! Осталось хоть чуть-чуть?
– Осталось.
– Нальешь?
– Легко!
– Ну, ладно, – подобрел директор, получив от Вики бокал. – Ты чего какая довольная?
– А Вы нас сейчас с Иркой выгонять из кабинета будете?
– Чего?
– Ничего, просто спросила.
– Я не понимаю, ты что ржешь?
– Вы переодеваться будете? Мы за дверью постоим. – Девушка многозначительно шевельнула бровями.
– Пойдем уже, совсем засмущала мужика! – Ирина взяла за локоть хохочущую Вику и вывела ее из кабинета.
– Может, на балкон сходим?
– Пошли!
Выйдя наружу, девушка успокоилась. Наклонившись вниз, стала рассматривать сквозь стекло плавающих этажом ниже мужчин, но в ее поле зрения попадал лишь край бассейна. Ирина закурила.
– Ты чего так развеселилась?
– Сама не знаю. Я с Мухиным не слишком переборщила?
– Это еще че! Ты не знаешь, как его Любка в краску вводит! Так что он парень приученный.
– Любка?
– Да. Все свои женские секреты рассказывает.
– В смысле?
– Сначала по телефону все подружкам расскажет про свои подозрения на беременность, как все получилось, потом мне. Парню своему позвонит. Первое время она Михаила Федотовича стеснялась, а поговорить то хочется! Сидим втроем целый день. А сейчас говорит, все что есть, с подробностями. Повернется ко мне и давай! Словно Мухина и нет совсем.
– А он что?
– Привык. Хотя она иногда бывает, такое выдаст! Хоть стой, хоть падай! Он уж бедный, и плечами поводит и ерзать на стуле начинает. Красный! Но молчит. Потом подходит ко мне, когда ее нет, спрашивает, – видимо, переживает за девчонку, – ну как она? Что тест показал?
Женщины рассмеялись. Вика пошарила рукой, нащупала в кармане зашевелился телефон.
– Михаил Федотович?
– Заходи к шефу. Я сейчас тоже подтянусь.
Набрав в легкие больше воздуха, девушка с шумом выдохнула и, цокая каблуками, направилась в кабинет своего босса.
– Виктория Алексеевна! – поприветствовал ее Вадим, радостно улыбаясь. – Присаживайся!
В кабинете, кроме них, находился программист с неизменной чашкой кофе в руках.
Девушка села за стол, искоса поглядывая на Вадима – чего ждать? Да нет, сегодня бури не предвидится. Видимо, утром пронеслась. Она уже привыкла к принятой в холдинге манере внимательно оценивать настроение хозяина. Вслед за ней в кабинет вошел Мухин, закрыл дверь и присел рядом.
Наступила пауза, во время которой патрон глазами пожирал свою подчиненную.