– Идет! Нужно все затраты на каждый объект разнести потом по группам – там такой бардак! У меня девочка сидит. Что-то уже смогла разобрать, но сделать это в такой стадии запущенности непросто.
– Понятно. Спасибо. – Вика, раздосадованная, вышла из здания. И опять Зингерман ничего не сказал про главного бухгалтера! Да и по схеме тоже…
В офисе ее поджидал, даже не пытаясь скрыть беспокойство, Михаил Федотович. Услышав про договор совместной деятельности, поинтересовался:
– А ты как думаешь?
– Пока, никак. Вчера всю голову сломала.
– Я тоже.
– Не хочется перед шефом идиоткой выглядеть, – поделилась Вика. – Я идиоткой никогда не была.
Мухин промолчал. Потом, выдержав паузу, хмуро заметил:
– С ним непросто. Сама видишь, как он кричит.
– Вижу! – стараясь не вызывать смущение директора и разрядить напряжение и неудобство, кивнула. – Но что поделаешь? Хозяин – барин.
– Ладно. Ко мне люди должны прийти, – потеплевшим тоном сообщил Мухин. – Иди!
Вика вышла из кабинета и снова села за схему, прорисовывая стрелочки, выписывая бухгалтерские проводки напротив каждой, сверяя память с Налоговым кодексом и прочесывая Гражданский. Промучившись несколько часов, почувствовала, как начала болеть голова. Вздохнув, поняла, что срочно требуется выйти на свежий воздух.
Вечер стоял прохладный. Золотая осень приближалась; неторопливо, медленно проходилась желтыми красками по березкам, рябинам, начала разукрашивать листья кленов. На асфальте виднелись невысохшие после дождя лужи, в которых оседали падающие с деревьев листья. Вяжущая свежесть окутывала своим плащом окрестности, проникала под одежду, вызывая непроизвольную дрожь. «Днем была жара», – удивилась Вика. Дойдя до ближайшего магазина, купила коробку сахара, коробку чая, упаковку любимого зефира и неторопливо отправилась обратно додумывать. Как назло, думать не получалось. В чем дело? Ведь раньше все было хорошо и двигалось, как по маслу. В чем проблема сейчас? Раньше стоило ей чуть-чуть расслабиться и включить холодный рассудок… Стоп. «Расслабиться». Вот! У нее никак не получается расслабиться! Не может себе не признаться, что боится. Страх перед хозяином выглядеть в глупом свете, услышать грубость, слово «идиотка», убивает все разумные начинания. Что это с ней? «Вот боюсь сейчас облажаться, – с горечью и тревогой констатировал внутренний голос, – и точно облажаюсь!»
Несколько дней прошло относительно спокойно. Вадим если и появлялся, то Вику к себе не вызывал и ничего не спрашивал. «Может, уже все решили?» – с надеждой думала она, понимая, что ничего не выходит. Составив несколько вариантов, каждый из которых имел свои недостатки, напряженно ждала. Что-то должно произойти! «Затишье, надеюсь не перед бурей»! Наконец, ее вызвали. Ворон появился ближе к вечеру, усталый, раздраженный.
– Ну, чего наваяла? – спросил он. Вернее, рявкнул. – Показывай!
– Вот!
– Чего вот? Ты понимаешь свои каракули, а я – нет. Давай, объясняй!
Как только в воздухе прозвучали слова о совместной деятельности, Вику тут же прервали.
– Тебе Геннадий Иосифович посоветовал?
– Да.
– Понятно! Я так и знал! Попала под тлетворное влияние.
– Подо что?
– Не ходи к нему больше!
Девушка, вытаращив глаза, уставилась во все глаза на учредителя. Затем на Мухина, но тот молча смотрел себе под ноги.
– Чего так удивляешься?
– У нас вообще-то с ним договор на проведение аудиторской проверки.
– А-а, черт, забыл совсем. Хорошо, заканчивай проверку и больше не ногой. Поняла?
– Хорошо. «Что вообще происходит?»
– Давай, тогда вместе разбираться. Чего там уж? Напомни мне! – Вадим потянулся за чистым листком.
Вика в двух словах обрисовала.
– Ну, и чего получается?
– В одном договоре все не получается совместить, никак.
– А зачем совмещать? Разбей хоть на десять. Какая разница? Чего им там нужно было для начала? Денег? Давай, дадим им займ, – он начал рисовать стрелочки и обвел что-то в кружок. – Потом, у нас должен быть договор подряда, договор монтажа, правильно?
– Да. А мы так можем?
– Почему бы и нет?
Вадим продолжал чертить.
– Что еще остается?
– Покупка мегаватт.
– Тебя трактовка не устраивает? Почему?
– Потому, что я не знаю, как правильно это назвать. Это ведь не услуга, не товар, не нематериальные активы. Причем, у нас четко должно прописываться количество этих мегаватт и стоимость.
– А ты с кем-нибудь по этому вопросу связывалась?
– Да, с юристом.
– Зингерман порекомендовал?
Вике стало не по себе. Громко выдохнув и виновато скользнув взглядом по настроенному решительно хозяину, пискнула: