Вика почувствовала, что в голове напротив отложилась очередная сплетня. Стало ужасно неприятно, словно она попала в собачье дерьмо. «Никогда не скажет, что думает на самом деле! Мутная!» Девушка опустила голову и задумалась. Может, так и надо? Как ее начальница? Никогда не говорить того, что думаешь? Искать в чужих словах лишь собственную выгоду и возможность посплетничать на стороне, обсуждая и осуждая, считая себя самой умной? Прогибаться, где необходимо, и сколько необходимо, где можно – выпячиваться. Вика примерила на себя этот костюм – стало не по себе. Нет, уж! Дудки! Пусть лучше остается все как есть!
– Я собираюсь в отпуск. Устала очень, – нарушила молчание начальница. – Вам еще много делать для этих иностранцев? Сможете меня подменить?
– Платежи согласовать?
– Да.
– Смогу.
– Я Вам все покажу, – Строгая сразу же оживилась. – Если что, у меня всегда с собой сотовый.
– Как у нас у всех.
Переглянувшись, женщины понимающе рассмеялись.
Затишье. Очевидно, до конца недели. Колесникова спокойно доделывала все свои хвосты, готовясь к отпуску Строгой. Ирина и Люба также спокойно решали все свои личные проблемы; ездили по врачам, в косметический кабинет на массаж, по магазинам. Нина Константиновна, видя это, ничего не говорила, предоставив им полную свободу и воспитывая лишь своих подчиненных. Внутренний голос тут же подсказал: «Не хочет залезать на чужую территорию и ссориться с Мухиным. Интересно, как он там? Так рвался в Париж! Уж, наверняка, погулял на славу!»
Михаил Федотович, которого все не раз вспоминали, появился в понедельник во второй половине дня, мрачный и раздраженный. Подстать погоде. Не разговаривая ни с кем, прошел к себе, всем своим видом давая понять, что не готов отвечать на вопросы и улыбаться.
– Хоть бутылку вина то привез? – поинтересовалась Вика у Ирины.
Та удивленно подняла брови и покачала головой.
– Странно!
Заместитель промолчала.
«Команда Мухина даже молчать начинает из солидарности с директором», – пошутила девушка про себя и несколько раз, заходя в кабинет и отчитываясь о проделанной работе, бросала изучающий взгляд на своего шефа.
– В следующий раз сама поедешь, – почесавшись, выдавил он из себя. Надоело, видимо, что его колют, словно булавками.
– Не понравилось?
– Ты думаешь, хоть на минуту присел? Бегал там за ним, как шавка! Сначала по встречам, потом опять по встречам, потом по пробкам, по вокзалам.
– Что, даже в Диснейленд Вас не свозил?
– Свозил! Бегал по всему парку. Считал проходимость возле каждого игрового автомата или аттракциона. Рядом поставил и заставил считать. Я ни разу даже не прокатился! Знаешь, как обидно? В магазин тут хотел зайти, посмотреть, что у них там есть, – так выдернул за руку! Сказал, что у нас этого дерьма тоже полно. Замучил, короче!
– Сочувствую, – хитро улыбнулась Вика.
– Довольна?! Ах ты, зараза!
– Нет, ну что Вы! Опять плохо про меня думаете! Знаете, как Вас ждала?! На те, вот шоколадку.
(Эта шоколадка была специально припасена, чтобы закрепить их дружбу. Вадим как-то заметил, что нужно торт для его счастья испечь, но она сочла, что вполне хватит и шоколадки).
Ирина, присутствующая при этом, подняла на нее удивленный и все понимающий взгляд. Директор же, увидев сладкое, радостно расплылся. Потом, решив про себя, что это не подобает его должности, нахмурился, – чем завоевал расположение финансового директора еще больше. Тут же развернув обертку, отломил большой кусок и удовлетворенно пульнул его в рот. «Примирение состоялось!» – констатировала Вика. Переглянувшись вновь с Ириной, девушка спрятала за прикушенной губой снисходительную ухмылку.
Глава 34
Нина Константиновна купила путевку в один из пользующихся хорошей репутацией санаториев. Несколько дней рассказов окружающим о предстоящих планах, о своих бесконечных хлопотах. Наконец, начальница отбыла. Колесникова осталась одна со списком рекомендаций и указаний на руках. Все изучающие взгляды теперь были устремлены на нее. И Римма Александровна и Валентина Александровна почему-то посматривают с некоторой опаской, а встречаясь взглядом, широко улыбаются. «Что это с ними?» – недоумевала финансовый директор. Все показалось ей несколько неестественным, наигранным. Может, думают, что начнет мстить за те камни, которые не единожды попадали в ее огород? Глупости какие! Неужели у нее есть время и желание этим заниматься? Все и так возвращается бумерангом.
Таблицу платежей Строгой Вика нашла неудобной, громоздкой и сидела старательно ее переделывала, боясь опоздать к началу распределения средств. Еще нужно дозвониться до Ворона и все согласовать! А вдруг он опять трубку не возьмет?! Вокруг нее столько ожидающих его резолюции! Просто оккупировали! Если не сумеет дозвониться (что вполне вероятно), ее просто разорвут на мелкие клочки!