Мы в номере. Я глажу рубашку для клуба. Разговариваю с Медетом. Игнорирую Вартолу. Его недоумение в глазах так и выдавало вопрос: что происходит с этой сумасшедшей русской?! «Ничего, Вартолу, – думала я, – ничего, кроме того, что я поняла, какая я идиотка».
Такси. Тишину нарушает лишь музыка из радиоприемника. Веселый мотив песни про любовь и верность придает комичность ситуации. Я внутренне уже спокойна, но мой мозг упрямо подсовывает мне то фото. Эту штуку зовут подсознанием, и оно помнит все. Счастливые лица и милый карапуз. Чувствую в бок толчок. Вартолу протягивает телефон. В переводчике вопрос – что происходит? Отдаю телефон без ответа. Спустя пять минут все-таки решаю ответить и на своем телефоне набираю текст: пишу о нем, жене, ребенке, предательстве. Почему не сказал? Пишу о своих чувствах. Конечно, его ответ, что это глупо. Что я все и так знала. И что меняет третий ребенок? Он был честен с самого начала и не скрывал жену и детей.
Фыркаю и отворачиваюсь к окну. Вы с Настей что, заодно? Плевать мне, что вы правы. МНЕ БОЛЬНО. СЛЫШИТЕ, БОЛЬНО! Но я понимала, что веду себя как маленький ребенок и пытаюсь свалить ответственность на других. По сути, вся моя злость обращена на саму себя. Никто ни в чем не виноват. Только я.
В клуб мы все-таки пошли, и он был потрясающий. В лучших традициях ночного заведения. Вся злость прошла. Меня захватила в плен атмосфера и дух ночного разврата. Эйфория. Вид на Босфор завораживал. Огромное панорамное окно, в котором отражаются голубые огни цветомузыки. Босфорский пролив. И тот самый мост, который есть на всех открытках из Стамбула. Играет музыка, которая усиливает эмоции. Я чувствую, как покрываюсь мурашками. Вартолу подходит сзади и обнимает меня. Он уткнулся лицом мне в шею, и я почувствовала, как его лицо мокрое от слез. Это были первые слезы, которые я тогда увидела. Мне до сих пор странно, как в тебе совмещаются эти два качества: безграничная мужественность и чувствительность.
Я тогда в клубе забыла обо всем. Я позволила прикасаться ко мне и покрывать мое лицо поцелуями. Мы сливались в танце, и я растворялась в тебе. Ты прижимал меня к себе, и наши тела пылали от страсти.
Когда мы вышли из клуба, ты купил мне розы. Их шесть. В России четным количеством цветов принято чтить усопших. Я сказала тебе об этом. И снова ты посмотрел на меня с вопросом: а нормальная ли я вообще? А я тогда подумала, что все это символично. В тот момент действительно я была усопшей. Я не жила тогда, а существовала. Наша любовь дарила мне счастье и одновременно убивала меня каждый день. Душа умирала. Господи, почему же так больно?
Мы зашли в номер. Цветы я поставила в вазу. Ну и пусть шесть. Важны ли вообще сейчас какие-то дурацкие приметы и поверья? Я присела на край стула. Медет был очень пьян и все пытался выяснить, что случилось между нами с Вартолу. Зачем он вообще спрашивает? Он знает это лучше всех. Я сказала, что собираю вещи и улетаю в Россию ранним утром. Направилась к шкафу, откуда собиралась достать чемодан и собрать вещи. Ты перегородил мне дорогу и схватил за горло. Это была первая и последняя вспышка «курдской» агрессии, которую я видела. Больше таким я не видела тебя никогда. «Я убью тебя, если сделаешь хоть шаг!» – Твои глаза пылали яростью. Я замерла. Я больная на голову, но между ног стало горячо, и я испытала дикое возбуждение. Прилив адреналина. Я попыталась вздохнуть, но воздуха катастрофически не хватало. Мои глаза стали влажными и красными, как у кролика из фильма ужасов. Ну все видели такого: в белоснежной шубке и с яркими красными глазами. Губы мои пересохли, и казалось, что сейчас кожа на них лопнет. Кажется, тогда я разбудила зверя. Я боялась, что ты сейчас остынешь и, отпустив мою шею, пошлешь меня ко всем чертям. Я забыла, что минуту назад я собиралась бежать из Стамбула и подальше от тебя.
Я идиотка, и это неизлечимо. Попытаюсь объяснить свои чувства на тот момент. Мы всю жизнь ждем сильного мужчину. Грезим о нем. Такого, который и в бой с драконом, и принцессу из башни вызволит. Этакий книжный герой. Спаситель той самой принцессы, то бишь каждой из нас. И вот когда такой действительно приходит, есть шанс, что мы просто спасуем. Испугаемся мужской силы. Но мне тогда страшно не было. И да, он отреагировал как настоящий и сильный «яньский мужчина» (взаимодействие инь к яню). Я его весь вечер провоцировала и трепала нервы. Вот результат. Конечно, оправдывать я это не собираюсь. Но как мужчину, в котором течет та самая горячая кровь Востока, я его поняла.