Он исчез.
Мой телефон молчал день за днем.
А я, кажется, уже перестала ждать и надеяться, что в один момент станет все как раньше.
Отпустила ли я тогда? Нет. Но я искренне пыталась. Я каждое утро просыпалась и пыталась не думать о нем. Пыталась жить своей жизнью. Но чем бы я ни заполняла эту пустоту, все утекало как песок сквозь пальцы. Я не была готова попрощаться.
Глава пятнадцатая
Обнуление
Мои панические атаки достигли своего пика в тот момент, когда я стала стоять у массажного стола по четырнадцать часов в сутки. Поток клиентов. Весна. Все готовят тела к пляжному сезону и надеются на волшебные руки массажиста. Никто не хочет пахать в спортзале. Все хотят быстро и лежа на массажном столе. Ты лежишь, а всю работу за тебя делает массажист. Условия – это питьевой режим и ограничения в питании. Иначе все без толку. Усилия массажиста будут напрасны, если хотя бы эти два условия не будут соблюдены.
Я принимала около десяти человек в день. Приходила домой, язык на боку от усталости, и без чувств падала на кровать. Спала по шесть часов. Практически не ела и не пила. Дочку не видела неделями. Вартолу на радарах так и не объявился. Я пряталась тогда за работой. Прыгнула в вагон «рабочего экспресса» и помчалась по пути уничтожения здоровья. Комично, однако, получается. Я приносила пользу и здоровье другим людям, при этом уничтожая себя. Кажется, проводник моего поезда объявил о приближающейся станции – станция «Истощение».
Накрыло на улице. Все накопленное и подавленное больше не умещалось внутри и решило не по-детски бомбануть наружу. Паническая атака. Попытаюсь объяснить.
Тебя обдает жаром, будто ты резко переместился в сауну, где бестолковый сотрудник переборщил с температурой. Затем жар отступает. Вся кровь теперь, наоборот, застывает. В голове звон сменяется на дикий гул. Представьте себя в багажном отсеке самолета рядом с турбинами самолета. Тело начинает трясти. Мышцы сводит судорога. Тахикардия. Пульс зашкаливает, и сердце отчаянно колотится в грудной клетке. Кажется, будто оно хочет пробить себе выход наружу, чтобы сбежать из этого больного тела. Руки ледяные. На шее стальная цепь, и кто-то сжимает ее, пытаясь лишить тебя жизни. Задыхаешься. Ловишь ртом воздух, как рыба, брошенная на сушу. Самое страшное – это мысли в твоей голове. Мысли о смерти и твоем скором конце. Почему-то ты твердо уверен, что сейчас умрешь. Это конец. Здесь и сейчас ты навсегда прощаешься со своей жизнью. Начинаешь рыдать. Дикий страх, который окутывает от макушки до пяток.
Когда атака произошла впервые – чувство смерти было настолько реальным, что оставалось лечь и сдаться в лапы когтистой старухи с косой. Я так однажды и сделала. Попрощалась со всеми мысленно. Легла в постель и обняла спящего Вартолу. Атака накрыла меня ночью в Стамбуле. На часах три ночи. Я не посмела будить любимого и вопить о помощи. Я лишь прижалась своим ледяным телом к телу любимого человека и приготовилась встречать смерть. Представьте мое удивление, когда я проснулась от ласк и поцелуев. Либо я в раю и ангел решил меня приветствовать таким необычным способом, либо, извините меня, но я, по ходу, так и не сдохла. Вот тогда я поняла, как обхитрить эту падлу-атаку. Просто сдаться и дать ей понять, что она победила. Тогда она свалит и оставит тебя на время в покое. Свалила она надолго тогда. Но в марте, видимо, сильно соскучившись, решила посетить меня вновь.
Я поняла, что хватит. Удивительно, и как на моей голове еще не было седых волос. Ведь страх был настолько леденящий, что не поседеть было нереально. О проблемах с сердцем знала с подросткового возраста. Говорили, что мое сердце работает на износ и быстрее, чем нужно. Оно вроде двигателя в автомобиле, который слишком растрачивает свои ресурсы и переоценивает свои лошадиные силы.
Я записалась на прием к врачу и обратилась с просьбой избавить меня от панических атак.
Не люблю кардиограмму. Холодный кабинет, где к тому же нужно раздеться. Металлические ледяные присоски и противный липкий гель. Хорошо, что процедура длится недолго. Хотя, кажется, в этот раз она была дольше обычного.
Перешагнув порог приемного кабинета, я застыла в оцепенении. Боялась услышать что-то наподобие: «вам осталось жить пару месяцев/год/пару лет». Когда мы чего-то боимся, это чаще всего и происходит. Сказали, что в любой момент сердце может «замереть». Будто мое сердце с истекшим сроком годности.