— Екатерина Дмитриевна, понимаю, что смотреть на меня сплошное удовольствие, но хотелось бы, чтобы вы оторвались от созерцания и обратили свое внимание на то, что я говорю, — ворвался в мои мысли голос Соколова, и я поняла, что уже некоторое время смотрю на него в упор и абсолютно не слушаю.
— Прошу прощения, — смутилась я. — Я немного задумалась.
— Судя по тому, как вы смотрели на меня, предметом ваших мыслей был я, что меня, как мужчину, безусловно, радует, — полувопросительно сказал он.
— Конечно, — кивнула я, взяв себя в руки. — Я думала о том, как вы отнеслись к проекту, смогли ли увидеть в моем докладе все, что я хотела донести до вас, и чего следует ожидать — похвалы или выговора.
— Уверен, что как раз об этом вы думали меньше всего. Если вообще думали, — насмешливо изогнул он бровь. — Но раз вы начали разговор о проекте, скажу, что я с интересом прочитал ваш отчет. И, смею заверить, я прочитал все, что вы хотели сказать. И в строчках и между ними. Особенно порадовали результаты практических исследований.
— Да, это дает понять, насколько загружены люди на производстве, — ответила я, потому что он смотрел на меня, явно ожидая каких-то слов.
— И это подводит нас к тому для чего, все это было надо. — Касьян Андреевич вновь пробежал глазами мой доклад. — Мы сможем увидеть, кто и как работает, и кто может продолжать работу, а кого придется уволить.
— Значит, сокращения все-таки будут?
— Екатерина Дмитриевна, вы ведь аналитик и понимаете, что в условиях мирового кризиса очень сложно поддерживать обороты производства на прежнем уровне. Если падает спрос, значит, нужно сокращать и предложение. Мы ведь не одни на мебельном рынке, конкуренция достаточно сильна, особенно учитывая то, что половина нашей продукции предназначена для общего доступа. Поверьте, я очень ценю сплоченную команду «Санап-инта», которая образовалась за почти пятнадцать лет существования корпорации, и мне тяжело принимать подобные решения, но бизнес — весьма жестокое дело, и здесь нет места для слабости.
— Я понимаю, Касьян Андреевич, и повторяю еще раз — вы действительно талантливый руководитель, за это вас многие ценят. И верю, что вы сделаете все возможное, чтобы эти сокращения прошли как можно безболезненнее для фирмы в целом.
— Я постараюсь, но всем не угодишь. — Соколов поймал мой взгляд и задержал его в синем омуте своих глаз. — А вы молодец, проделали великолепную работу.
— Спасибо, — кашлянула я и поспешно переключила внимание на картину, висящую за его спиной.
Повисло молчание, и я решила, что сейчас самое время вернуть долг. Достав из сумки пачку денег, я положила ее на стол.
— Это что? — Касьян Андреевич перевел недоуменный взгляд со стола на меня.
— Я трезво оцениваю затраченное время и знаю, что за неделю работы с «Неомодой» вы заплатили очень много. Лишнего мне не надо, так что половину я возвращаю.
Соколов недоверчиво хмыкнул и поинтересовался:
— Это дело принципа, да? Пытаетесь показать, что вам не нужны мои деньги?
— Я ничего не пытаюсь. Ваши деньги мне нужны только в качестве заработной платы, — сказала я, поднимаясь со своего места. — Очень жаль, что у вас все разговоры сводятся к финансам. До свидания.
— Екатерина Дмитриевна! — окликнул он меня, и я притормозила, вопросительно выгнув бровь. Шеф, видимо, хотел продолжить перепалку, но махнул рукой: — Идите! И попробуйте поверить, что я не переплатил вам, а просто пытался дать понять, что я высоко ценю ваш профессионализм.
Я вышла из кабинета и увидела, что Лера с интересом смотрит на меня.
— Что? — спросила.
— Нет, ничего. — Она подошла ко мне и шепнула на ухо: — Я тут сидела и в очередной раз думала — может, ты бросишь своего Вову и обратишь внимание на Касьяна Андреевича? Уверена, из вас может получиться великолепная пара.
— Я не могу общаться с человеком, который уверен, что я мечтаю завладеть его капиталом, — ответила я.
— Это он тебе так сказал?
— Не совсем так, но смысл был именно этот, — кивнула я. — Ладно, давай адрес и говори, ко скольки приезжать.
Пока Лера писала адрес, я перезванивала Егору. Он звонил несколько раз, пока я была у Касьяна Андреевича. Услышав меня, он как будто обрадовался и предложил:
— Кать, можно я тебя сегодня отвезу домой?