— Пять баллов, Катя.
— Спасибо, — кивнула я и посмотрела на шефа: — Надеюсь, я не задела ваших нежных чувств?
— Ну что вы! — Его губы растянулись в вежливой улыбке, но глаза оставались холодными. — Я прекрасно понимаю, что вы хотели сказать, и обижаться на вас было бы глупо.
— Тем более, что у нас просто дружеская беседа, — добавила Валерия, стараясь разрядить сгущающуюся напряженную атмосферу.
— Безусловно, — повернулась я к ней. — Но пока что удовольствие от беседы получают все, кроме меня.
«Все-таки не смогла сдержаться».
— Что так? — Глаза Соколова по-прежнему смотрели на меня, сосредоточив в себе весь арктический холод.
Неужели моя невинная фраза так задела его?
— Просто надоело говорить все время о себе, — отозвалась я. — Не люблю быть в центре внимания, поэтому надеюсь, что присутствующие утолили свое любопытство, и мы можем поговорить о чем-нибудь другом. Как ты считаешь, Сергей?
— Извини, — кажется, смутился тот. — Я не думал, что мои расспросы доставляют тебе проблемы…
— Никаких проблем, — возразила я. — Просто для разнообразия вы, мужчины, могли бы вознести хвалебную оду присутствующим дамам, раз уж сегодня Восьмое марта.
Лерка фыркнула и обратилась к мужу:
— Я же тебе говорила, что Катерина за словом в карман не полезет. Этакая очаровательная язвочка.
— Буду считать это комплементом, — невозмутимо кивнула я и демонстративно взяла в руки бокал: — Так кто будет тостующим?
— Позвольте мне, — поднялся Соколов, а я почувствовала, как на это его движение отозвались мои нервные окончания, и напряглась, удерживая порывы. — Знаете, Катя, — он заглянул мне в глаза, и я заметила, что арктический лед начал таять, — вот вы говорите, что я все свожу к деньгам, но это не так. Сегодняшний день я провожу в обществе хорошего друга и двух очаровательных дам, и эти мгновения бесценны, потому что в бешеной гонке дней начинаешь ценить такие вот приятные моменты. И я хочу выпить за вас, девушки, — теперь он обратил взгляд на Валерию и улыбнулся ей, — за то, что вы помогаете нам притормаживать и понять, что без вас мир был бы гораздо скучнее. За вас!
— Ох, Касьян! — Лера вскочила со своего места и кинулась обнимать его. — Ты иногда бываешь таким милым.
— Рад, что ты меня ценишь. — Он поцеловал ее в щеку и повернулся с бокалом ко мне: — Катя, постарайтесь относиться ко мне менее предвзято.
— Я стараюсь относиться к вам исключительно с уважением, — немного натянуто ответила я.
Прибежала Анютка и, взяв за руки мужчин, увела за собой, а я помогла Лере убрать грязные тарелки со стола и отправилась в гостевую ванную комнату.
Расстегнув рубашку, я принялась поправлять лифчик, который мне с утра подарила Ксюха и потребовала, чтобы я тут же одела его. Пришлось одеть, чтобы не огорчать сестру, но все эти кружева порядком надоели.
Приведя себя в порядок, я открыла дверь и тут же налетела на шефа. Он буквально втолкнул меня обратно и зашел следом.
— Я бы хотел, чтобы впредь вы оставляли ваши язвительные фразочки при себе, — сказал он, оперевшись на закрытую дверь.
— Если вас это задело, я извиняюсь, но я просто ответила на заданный вопрос и ни коим образом не хотела оскорбить ваши чувства, — заверила я. — Что-то еще?
— Еще, — кивнул он и, решительно обняв меня, принялся целовать.
«О-о-ох-х-х!.. Как хорошо…»
Я в ответ на поцелуи выгнулась и покрепче прижалась к нему, чтобы быть как можно ближе. Чтобы чувствовать каждую частичку его тела. Наконец, чтобы просто знать, что это он и только он находится рядом.
Вот его рука скользнула мне под рубашку и прошлась вдоль позвоночника. Я отозвалась на это прикосновение дрожью во всем теле и застонала, но стон утонул в очередном поцелуе. Касьян Андреевич нежно прикусил мою губу, на секунду отстранился и приник уже к моей шее, прокладывая дорожку из поцелуев к мочке уха, оттуда неторопливо продолжил путь к губам. И снова поцелуй, потрясающий волной нахлынувших ощущений. Я судорожно сжала его плечи, чувствуя сквозь ткань рубашки тепло мужского тела.
Кажется, я готова отдаться этому человеку прямо здесь, на полу гостевой ванной комнаты…
Когда оба стали задыхаться, он на шаг отступил.
— Я хочу тебя, — хрипло прошептал он. — Как никого и никогда. Но не здесь и не сейчас. Ты поедешь ко мне?
Не в силах ответить и все еще находясь во власти ощущений, я лишь кивнула, понимая, что меня ломает изнутри от нереализованного желания.
— Только не передумай к концу вечера, — попросил он, еще раз поцеловал и вышел, оставив меня одну.