Мне приходят на память разговоры о приключениях, якобы пережитых Анри де Коринтом, я о них, как мне кажется, уже рассказывал в «Воспоминаниях о Золотом Треугольнике», в которых тоже речь шла о горячих, необузданных скакунах, об алголагнии, то есть эротизации боли, что свойственно практике садо-мазохизма, и об обнаженных прелестях девушек-подростков. Ходили слухи, что вскоре после окончания Второй мировой войны, во время подавления бунта где-то на границах Уругвая, он якобы то ли сам организовал, то ли, по крайней мере, принимал участие в псовой охоте, где вместо оленух и ланей (самого опасного вида дичи, говорил он, громко смеясь) конные охотники преследовали молоденьких девушек в очень «легких» одеждах, в возрасте от 15 до 18 лет, коим вслед пускали свору специально натасканных собак, обученных разрывать в клочья короткие платьица и белье, а также вцепляться зубами в нежную плоть между ногами.
В конце концов девушек, трепещущих, изнемогающих и обессиленных, уже сильно израненных острыми клыками, насиловали грубо и рьяно, распалясь от скачки и улюлюканий, а затем убивали поодиночке или небольшими группами в ходе кровавых «мизансцен», напоминавших резню в Карфагене или «представления» на аренах древнеримских цирков в те «благословенные» времена, когда бесчисленные юные христианки, светившиеся особым внутренним светом, служили для удовлетворения низменных инстинктов толпы, как и позднее — утолению жажды извращенных наслаждений будущих лицеистов, увлеченных историей Древнего Рима. Смерть поставленной на колени перед пнем девушки от сабли лихого всадника считалась самой легкой, хотя редко кому удавалось отсечь голову с первого удара, а наиболее мучительной и потому самой высоко ценимой казнью считалось сажание на остро заточенный кол из молодого дерева. Но пылких поклонников имела и казнь через распятие несчастных в развилках деревьев или у толстых стволов, а также на сколоченных наспех козлах из бревен или обрубленных ветвей, ибо при таком способе казни уже после того, как жертвы будут пригвождены в чрезвычайно «интересных» позах, не только делающих их прелести еще более привлекательными и заметными, но и ведущих к разрыву и раздроблению костей и мышц, можно еще и подвергнуть самых возбуждающих и трогательных осужденных дополнительным пыткам при помощи ножей, раскаленных щипцов и пылающих головней, пока они не испустят дух.
Разумеется, никто никогда не мог представить доказательств обоснованности подобных обвинений. И граф Анри с высоко поднятой головой делал вид, что все эти россказни — всего лишь плоды неврозов его недоброжелателей, клевещущих на него. Однако прекрасная Анжелика, с которой он познакомился как раз в тот бурный и тревожный период жизни, похоже, действительно присутствовала (в качестве просто зрительницы, в качестве охотницы или в качестве «дичи», которую в последний момент пощадили?) при какой-то сцене такого рода. В прелюбопытном письме одному из своих дядюшек очень молоденькая женщина-ребенок сделала тонкий намек на охоту «совершенно особого рода» на севере страны. Но она не сообщила никаких точных данных ни о месте, ни о времени проведения «охоты», не назвала имен участников сей забавы, так что ее краткий рассказ в конечном счете очень похож на скандальную историйку из рубрики «Происшествия». В более или менее приукрашенном виде подобные истории ходят по всему миру, и путешественники охотно пересказывают их тем, кому они пишут письма на далекую родину.
Наконец, чтобы завершить эту длинную, исполненную навязчивых бредовых мыслей и идей главу, ибо я уже начинаю ощущать, как в душе моего читателя поднимается глухое раздражение, если не начинаю слышать произнесенные им вслух упреки, отметим, что изображение красивой обнаженной девушки, которую в лесной чаще преследуют собаки и кусают за ляжки и ягодицы, служило иллюстрацией к одной из новелл Боккаччо в дешевом сборнике его произведений, обнаруженном мной среди тайных сокровищ старого чемодана в дальнем углу чердака, душного, жаркого, с низко нависающими балками, в нашем доме в Керангофе, под раскаленной августовским солнцем оцинкованной крышей, то есть в месте, предназначенном для предметов, вышедших из употребления, а также и для бесконтрольных развлечений детей. Теперь вы можете обнаружить ее в «Игре с огнем», моем предпоследнем фильме, и привлекательная, аппетитная старлетка, исполняющая эту роль, доставила мне живейшее удовольствие как во время сцены штурма, так и во время сцены пира, где «подавали» ее нежное тело, выставив его напоказ.