Последняя группа помещена в декорации, уже виденные в процессе изначального большого травелинга (после «шапки»): один из боковых коридоров или смежный холл, замеченный мимоходом во время перемещения (довольно быстрого) камеры по огромной галерее. Как и ранее, обойдя кругом стоящих истуканами персонажей, камера самым естественным образом возвращается к галерее из начала кинофильма и далее движется вдоль нее. Так же, как и в первый раз, галерея совершенно безлюдна. Театральная афиша висит на прежнем месте, как и в первый раз извещая: «сегодня вечером единственное ПРЕДСТАВЛЕНИЕ…»
На этот раз камера в зал для спектаклей не попадает. Двигаясь другим путем, едва отличающимся от предыдущего и начинающимся в конце галереи, она оказывается в зале средних размеров, заставленном многочисленными, никем не занятыми стульями и креслами, сдвинутыми по два, по три, по пять, со столом (или без него) посредине. Зал пуст (или почти пуст): в самом центре в одном из кресел сидит женщина (она вроде с кем-то беседует, однако в других креслах нет никого). Эта женщина — А. Она читает небольшую книжку в твердом переплете. Камера медленно движется прямо на нее.
Понемногу затихает музыка, и за кадром вновь слышится голос X, вначале довольно негромкий, но неизменно спокойный, уверенный и без особой теплоты.
Голос X: Это было в прошлом году.
Тишина. А продолжает чтение; снова раздается голос X, уже более громкий, но все той же тональности.
Голос X: Я так сильно изменился? Или вы просто делаете вид, что не узнаете меня?
А, поднимая глаза от книги и, положив ее, полузакрытую, на колени, с отсутствующим видом и не двигаясь, глядит в пол. Приблизившись к ней еще, камера замирает.
Голос X: Прошел год, если не больше, но вы не изменились: у вас все тот же отсутствующий взгляд, та же улыбка, тот же смех невзначай, та же манера протягивать руку, словно для того, чтобы кого-то или что-то отстранить — ребенка ли, ветки, медленно класть ее на солнечное сплетение… И вы пользуетесь прежними духами.
При этих словах А поднимает голову и смотрит в камеру, находящуюся на уровне глаз стоящего во весь рост мужчины.
Тотчас появляется сад, показываемый с обратной точки. Очень яркий свет, контрастирующий с довольно тусклым освещением различных мест в гостинице, виды которых ранее занимали экран. Палящее солнце, густые тени, не очень короткие. Мы видим один из уголков французского сада с теми же особенностями, что отображены на гравюрах: регулярная планировка, почти полное отсутствие растительности (одни прямоугольные лужайки, геометрической формы кусты, широкие, покрытые гравием аллеи, каменные лестницы, террасы с каменными балюстрадами), здесь и там на высоких квадратных цоколях стоят скульптуры: короли и королевы в странных одеяниях, мифологические персонажи помпезного вида, с едва обозначенными жестами, в позах якобы определенного значения, которое не поддается осмыслению, — есть также и постаменты без статуй, но с именами изваянных персонажей.
Пейзаж пуст: не видно ровным счетом никого. Долгое, медленное, поступательное движение камеры, которая показывает уходящие вдаль аллеи, подстриженные по шнурку древесные шпалеры, вереницы конусовидных кустов и т. д.
Голос X: Вспоминайте же! Это было в садах Фредериксбада…
Камера останавливается на одиноко стоящей женщине, облокотившейся на каменную балюстраду. Это А, одетая в то же платье, что и в кадре, где она читала. Декорации весьма похожи на декорации театральной сцены из начала фильма.
Голос X: Вы стояли в стороне, одна, и несколько боком к балюстраде, на которой лежала кисть вашей наполовину вытянутой руки…
Голос стих. А приняла позу другую, не ту, что упоминается в тексте, который мы слышим: она стоит лицом к балюстраде (то есть смотрит прямо перед собой поверх перил, перпендикулярно к ним) и повернувшись на три четверти к камере. Затем, изменяя позу, она немного отстранилась от перил, чуть повернулась, вытянула руку, положила кисть на камень (до этого обе ее руки были опущены) и поглядела в сторону центральной аллеи, стоя, таким образом, спиной к объективу. Около нее возвышается скульптура, о которой рассказывал X. Несколько метров земли между А и камерой покрыто гравием. Едва А закончила корректировку своей позы, раздался голос X, как если бы он только этого и ждал.