Голос X: Место покойное, посещаемое редко, зачастую пустынное, особенно в часы дневной жары… летом…
Изображение резко меняется. Теперь перед нами крупные планы лиц (точнее профилен) X и А; они с некоторого расстояния смотрят друг на друга. X говорит. Совершенно раскрепощенная А расцвела улыбкой, скоро переходящей чуть ли не в задорный смех. Их разделяет длинная перспектива сада (все того же).
Сначала план немой, хотя губы X на экране шевелятся, значит, он говорит; не слышен и смех А. Но скоро голос мужчины вновь начинает звучать за кадром.
Голос X: Время пополудни... (Голос немного неуверенный.) …Это, несомненно, уже следующий день… Я объявил вам, что мы уезжаем… И вы тогда не смеялись… (Голос более твердый.) …Что мы уезжаем на другое утро… якобы на автомобильную прогулку… чтобы уже никогда не возвращаться… (Голос неуверенный.)… В то время как он…
План меняется во время смеха А, хотя и беззвучного.
Крупным планом смеющееся лицо А, такое, как на фотографии, выпавшей из ее книги на предпоследнем плане. Изменилось только выражение лица женщины. Неуверенный голос за кадром как бы угасает.
Голос X: …в то время как он… Нет… Все не так…
Очередной план беседующих в парке X и А. На сей раз они сняты с большего удаления, и то, что их окружает, видно лучше: типичный уголок сада и, в частности, близкая сейчас к ним скульптурная группа, о которой неоднократно шла речь (имеются в виду две изваянные фигуры), но на прежних кадрах она определенно находилась не на этом месте.
Как и на обоих предшествующих планах, А выглядит утратившей и свою отрешенность, и тоскующий встревоженный облик, характерный для многих предшествующих сцен. Весь ее облик и поведение (оставляя в стороне слова) позволяют сказать, что она просто красива и свободна и, пожалуй, немного экзальтирована.
Здесь диалог персонажей на экране тоже заменен звучанием за кадром голоса X, который после затянувшейся паузы продолжает свой сбивчивый и неуверенный монолог.
Голос X: Да, мы были в вашей комнате… Что касается времени отъезда, то оно, как и должно, было оговорено накануне… Вы дали согласие, возможно, помимо вашей личной воли… (Пауза.) Я находился в вашем номере… (Пауза.) Помнится, стоя у двери, прежде всего можно было заметить кровать…
Камера плавно удаляется и по возможности несколько поднимается. Панорама сада, окружающего героев, расширяется, однако скульптурная группа на пьедестале при этом как бы увеличивается. Голос звучит непрерывно.
Голос X: Туалетного столика от порога видно не было… Вы, пожалуй, находились на противоположном конце, у окна, возможно, наблюдая за садом… Точно не помню… (Пауза.) Я встретил его на лестнице… он спускался… Он только что вышел от вас… Если все это не происходило в другой день… (Пауза.) В тот вечер не было никого ни в коридорах, ни на лестницах, ни…
Внезапно персонажи исчезают с экрана. Одновременно план снова меняется и делается фиксированным — на экране безлюдный сад и скульптура.
Голос обрывается в момент исчезновения героев фильма из видеоряда, и с первой нотой (довольно громкой) знакомой сериальной музыки, на этот раз достаточно нежной, хоть и прерываемой многочисленными паузами. Эта музыка продолжается и при следующем плане со всеми своими характерными особенностями; порою она становится бурной и по возможности возбуждающей.
Неожиданно нас снова возвращают в комнату, которую мы находим в том состоянии, в каком оставили (декор, мебель и различные мелочи). А стоит посреди комнаты, на том же месте и точно такая, какой была, когда камера показала ее в прошлый раз, — с неподвижным и тоскливым взглядом, нервно теребящей жемчужный браслетик, который вдруг порвался, и жемчужины рассыпались по полу. Чтобы их собрать, А садится на корточки (или становится на колени) на ковер. На ней довольно строгое домашнее платье (а не белое дезабилье, на которое X сделал намек). Ее лицо снова встревожено, она делает все те же движения страха и ожидания, что и в недавней сцене, когда листала книгу в читальне.
Едва стихает музыка, звучит за кадром голос X, все более растерянного.
Голос X: Он вошел… Его приход застал вас врасплох… Было похоже, что он заглянул просто так. Намекнул на вчерашний концерт… возможно, о нем вы заговорили сами… Или нет… Не помню… Не помню даже себя… Не помню даже самого себя. (Пауза. Потом слышится очень тихий голос.) …Я уже не помню ничего.