2
…я упрекаю их в… романтичности… — На первых же страницах трилогии Роб-Грийе использует прилагательное romanesque, которое он переосмысливает, ставя под сомнение устоявшееся восприятие слов, понятий, жанров (в частности, жанра мемуаров). Вот какие определения этому достаточно редко употребляемому слову дает словарь Литре: «1. Имеющий свойства романа, далекий от жизни, книжный; 2. Романтичный, сказочный, вымышленный, неестественный, ненатуральный; 3. Экзальтированный, химерический». Показателен выбор для жанрового определения именно этого слова во всей его амбивалентности, не столько присущей ему самому (не более, чем любому другому), сколько привносимой и активно разрабатываемой на протяжении всей книги самим Роб-Грийе. Жанр романесок оказался столь эластичным, что вместил в себя мемуары, рецензию, размышление, роман, причем к концу романные, вымышленные сцены все активнее вторгаются в подлинные.
3
'…образ… исчез… Все. — Абзац, закрывающийся этими словами (как и три предшествующих ему) — яркий пример всплывания, разворачивания и исчезновения в глубинах текста роб-грийевского фантазма. Роб-Грийе всегда, то иронически, то саркастически, дистанцировался от психоанализа, и фантазм здесь подчеркнуто возникает не в недрах столь дорогого фрейдизму бессознательного, а в лоне обманчиво плоского, как витрина супермаркета, Текста. Хрестоматийный пример подобного текстуального фантазма — гравюра «Поражение под Райхенфельсом» (и битва, и топоним в «Романесках» упоминаются как реально существовавшие, что заставляет вспомнить о критиках, всерьез упрекавших в свое время Роб-Грийе в искажении подлинной истории через этот фиктивный топоним) из романа «В лабиринте» (1959), где автор стирает грань между воссозданием реальности и воссозданием воссозданного — описанием существующего и описанием описанного.
4
Жан Рикарду (род. 1932) — французский критик, писатель, член редколлегии знаменитого журнала «Тэль Кэль». Наиболее интересна его деятельность в качестве теоретика Нового Романа. Его книги (в первую очередь «Проблемы Нового Романа» (1967), «К теории Нового Романа» (1971), «Новый Роман» (1973)) сыграли значительную роль в судьбах этого литературного направления. Однако претензии Рикарду на исключительное право объяснения новых романов (в том числе и самим авторам!) привели в конечном итоге к прекращению его сотрудничества (пиком которого стали коллоквиумы в Серизи (об этом см. ниже)) с новороманистами. В то же время сам Роб-Грийе извлек максимальную пользу из общения с Рикарду.
5
…старый царь Борис… — ироническая контаминация Бориса Годунова из одноименной оперы Мусоргского и двух персонажей первого романа Роб-Грийе «Цареубийца» (1949) — цареубийцы Бориса и царя Жана.
6
… предмету танцевавший на волнах, то опускаясь, то поднимаясь… — Эта сцена с зеркалом очень важна, в том числе и для более правильного понимания заглавия первой романески, которое здесь (как и в самом конце третьего тома) не просто иллюстрируется, но и почти в открытую — что большая редкость у такого любителя двусмысленностей и многозначительных недоговоренностей, как Роб-Грийе, — объясняется. Итак, не «Возвращение зеркала» (что буквально), и не «Возвращающее зеркало» (как в академической «Истории французской литературы. 1945–1990», что ближе к духу подлинника, но все же не передает всей насыщенности краткого и обманчиво простого названия), а нечто вроде «Вновь и вновь всплывающее зеркало».
7
…на похороны в Орнан (о, Курбе!)… — Орнан — родной город Гюстава Курбе (1819–1877), основателя, теоретика и самого скандального представителя реализма в живописи середины XIX в. Его полотнам, в том числе и монументальному антиакадемическому «Похороны в Орнане» (1850), слово «реализм» обязано тем уничижительным оттенком, который в него вкладывали современники. Взгляды Курбе на «реализм» парадоксально перекликаются со многими идеями Роб-Грийе и Нового Романа вообще, который, кстати, нередко называют «новым реализмом».