Сейчас она поедет к Роману домой. Предупредил. Перед фа́ком поставил. То есть перед фактом, оговорочка вышла. Ехала как на экзекуцию. Волновалась, будто перед соревнованиями. Хотя нет, она и перед стартами никогда так не волновалась. Такое впервые стала испытывать только с Романом.
В лифте он проинформировал, что попробует не приставать. В висках застучало еще сильнее… Ага, как же… Попробует он. Знает Даша, чего стоят его обещания. Пустые…
А потом всё пошло не так. Она зашла в зону отчуждения: ту часть его жизни, которая была сокровенной и ни для чьих глаз не предназначалась. Он ей живо указал на ее место, тем самым разом перечеркнув все романтические потуги последних дней. Даша знала, что значила такая реакция мужчин, она уже сталкивалась с ней ранее. Это была демонстрация того, что женщине никогда не стоит брать на себя слишком многого. Она не должна забывать, что лишь его сопровождение. Даже если уже жена, даже если у них пятеро детей. Женщина – лишь временный объект в жизни такого мужчины, она при нем ровно до того момента, пока его устраивает. А это может закончиться в любую секунду, поэтому ни Даша, ни кто-нибудь еще никогда не должны лезть к нему в душу. У них иное предназначение. Они рядом лишь для удовольствий и обслуживания, а всё серьезное, мужское – только его, и никого другого не касается. Широкая русская душа снова сиганула вниз с утеса. Но не разбилась, потому что до земли долетела только лёгонькая душонка. Перышком на поверхность опустилась. Прагматичным европейским перышком.
И Даша снова опустела. Только на этот раз уже окончательно. Теперь пустоту уже даже не предваряли душевные терзания. Нет, она просто поняла, что не ошибалась в мужчине напротив. Вчера она подумала, что никогда не сможет предугадать его действий, и сделала из этого неправильный вывод: что не может его прочитать. Это было ложное умозаключение. Предсказать его действия, действительно, было невозможно, никто не мог, не одна она была такая, но вот прочитала она его сразу же. С самого первого взгляда, тогда, в понедельник, стоило ей впервые зайти к нему в кабинет. Этот мужчина был не для нее, каким бы притягательным он не казался. У них разные ценности, разное отношение к жизни, и, если Даша всё же решит остаться, он ее этим отношением раздавит. Потому что Роман всё же ее подавляет. Но Дарья Чернова не сможет жить, если потеряет себя, утратит систему ценностей. Поэтому ответ стал очевидным: всё, что ей казалось в последние дни – ею выдумано. Это – миф. А реальность осталась прежней: после завершения действия ее временного контракта она уйдет. И Роман с Дашей больше никогда не встретятся. Потому что они – перпендикулярны.
Всё же у людей в целом плохо с геометрией. Пытаясь выразить, насколько двое могут не подходить друг другу, обычно все используют два термина: параллельные – то есть никогда не находящие точек соприкосновения, или противоположные, то есть развернутые друг от друга на сто восемьдесят градусов. Как же вы, люди, ошибаетесь! Быть параллельными – не драма. Можно лежать на одной плоскости, отставая друг от друга лишь на метр, и всю жизнь двигаться рядом, даже, возможно, держась за руки. Ну или хотя бы смотря друг другу в глаза. Да, так и не сойтись ни в одной точке, но ведь каждый человек –индивидуален, даже самые близкие люди почти никогда не сходятся. Но при это́м так двое имеют возможность прожить жизнь совме́стно, бок о бок. Да и противополо́жности, как говорят, притягиваются. Существуют законы физики, благодаря которым даже два конца одной прямой, бегущие в разные стороны, когда-то теоретически могут сойтись. Минус на минус ведь в итоге дает плюс! Если теорема двух концов одной прямой еще не доказана, то это не значит, что концы эти перестают быть той самой пресловутой одной прямой! Они всё равно когда-то упрутся друг в друга. Закольцуются.
Самое же страшное, когда люди так сильно похожи, что представляют из себя почти одно и тоже, за одним только исключением: их представления о жизни притом разнятся настолько, что двое эти двигаются перпендикулярно. Ничего нет ужаснее, чем сойтись с почти полным подобием себя в точке пространства, но только один раз. Чтобы после этого начать пожизненное друг от друга отдаление по такой траектории, которая гарантирует, что сойтись второй раз им точно не суждено. В этот вечер Даша вышла из этой точки.